Ангел, шельма и одноглазый кот 3

Глаза демона медленно, словно против его собственной воли, начали опускаться ниже, и я мгновенно вспомнила, что на мне только одна из старых рубашек бывшей соседки по комнате. И она едва доходила до середины бедра.

- Ой! – спохватилась я и юркнула обратно в кровать, натянув одеяло выше носа. Первый момент неловкости прошел и мне стало стыдно. – Извини…, - смущенно залепетала я, - просто… я не ожидала…

Демон стремительным смазанным движением отвернулся, постоял так немного, сохраняя молчание, а развернулся обратно уже с натянутой улыбкой.

- Все нормально, - попытался успокоить он меня не своим голосом, могучим, рокочущим где-то глубоко в груди. В нем слышались густота, оглушающий рёв и громовые раскаты. Демон откашлялся, его широкая грудь высоко поднялась в тяжелом вздохе, будто бы ему на мгновение перестало хватать воздуха, но секундная пауза – и вот Кан вновь такой же, как и всегда.

Потерев ладонью щеку, он поглядел на Сатуса. Тот, расслабленно откинув голову на прислоненную к стене подушку, выглядел почти безопасно, почти по-домашнему уютно.

«Почти» потому что несмотря на безмятежность прекрасного лица, даже во сне принц прижимал руки к туловищу и сжимал пальцы в кулаки. И от этого казалось, будто даже в таком измотанном состоянии он продолжал сохранять готовность отреагировать на любую внезапную угрозу.

– Так и знал, что он отключится. Давно не отдыхал. Ему нужна передышка.

- Поэтому ты здесь? – догадалась я, позволяя одеялу соскользнуть чуть ниже, но так, чтобы все ниже шеи оставалось прикрытым.

- Да, - парень обвел изучающим взглядом мою небольшую комнату. – Я побуду с тобой этой ночью.

И он умолк, как-то неловко поморщившись.

Причина его замешательства стала очевидна практически сразу же, когда я сама, покосившись на продолжающего мирно спать Сатуса, задумалась над тем, как мы все втроем разместимся в этой небольшой комнатке. Когда мы жили здесь вместе с Микой спальня казалась мне почти просторной, но теперь, оказавшись в компании двух рослых и широкоплечих парней я остро ощутила недостаток пространства.

Ведь в наличии имелось лишь два спальных места, одно было занято мной, а другое – Сатусом. Поэтому Кану на выбор оставался лишь стул, который категорически не подходил для всенощного бдения, потому как был жестким и низким, а еще подоконник, по степени своей комфортности приближенный к птичьей жердочке.

- Садись, - предложила я, подтягивая ноги к груди и указывая на освободившееся место на своей постели.