Лики миров

Дальше я, как обычно в разгар рабочего дня, бегала с подносами туда-сюда, да еще «проблемный» парень начал чудить и требовать «подать сюда подавальщицу». Его удалось успокоить путем обычных уговоров, правда ненадолго. Настроение мое скатилось с оживленного до отвратного. В сторону троицы магов я старалась совсем не смотреть. Заметила их только тогда, когда они пошли к выходу. Лик, проходя мимо шебутного товарища, положил тому руку на плечо, что-то шепнул ему на ухо – и пошел себе дальше. Остаток вечера парень вел себя как шелковый.

Джой попытался сунуть мне в руку несколько серебряных монет, и мне стало совсем уже неловко.

После работы я в совершенно подавленном настроении брела по улицам, отчаянно пытаясь не сравнивать себя с красоткой-целительницей. Безуспешно, понятное дело. И вдруг услышала доносящуюся откуда-то музыку.. Она напоминала танго и фламенко одновременно. Красивые переливы, резкий нервный ритм, тревожащий сердце... Я пошла на звук и увидела то, с чем никогда еще не сталкивалась здесь, в Шедаре: уличные танцы.

На площадке перед закрытыми уже лавками сидело трое музыкантов. Они-то и играли эти удивительные мелодии. Человек двадцать мужчин и женщин разного возраста стояли полукругом, а внутри него несколько пар двигались в очень странном, завораживающем танце, аналог которому мне трудно подобрать.

Партнерши энергично и затейливо вышагивая, шли на партнеров, пытаясь их то ли обнять, то ли убить. Партнеры, также делая замысловатые дорожки шагов, отступали, ласково но непреклонно не давая партнершам этого сделать: то разводили руки, то ставили красивые блоки, то обхватив даму за талию, резко кружили.

. Самым интересным было то, что танцевали они в очень тесном контакте друг с другом.. Во всем этом чувствовался настоящий живой нерв и необъяснимая тревожность.

– Что это за танец? – спросила я немолодую уже женщину, стоящую рядом со мной.

– Орданго, – ответила она, не отрывая взгляда от действа, – танец со смертью.

Когда-то давно партнерши, исполняя его, держали в руках клинок с отравленным лезвием, тогда он полностью оправдывал свое название.

– Это же опасно! – ахнула я.

– В этом вся соль, девочка, – женщина перевела взгляд на меня, и в глубине ее карих глаз мелькнуло то же пробирающее до костей выражение, след которого я уже видела на лице Лика, когда он шел по лабиринту.

Я еще долго стояла, наблюдая, не в силах оторвать взгляда от этого странного танца.