Приморская академия, или Ты просто пока не привык

Нет, подозреваю, приложи незадачливый путешественник больше усердия, ему бы удалось от меня избавиться. Но, похоже, благородство сыграло с ним плохую шутку. Он ведь понимал, что если начнет разжимать мои конечности с силой, мне будет больно. А ни один хорошо воспитанный и порядочный мужчина не может сознательно причинить страдания женщине.

— Вот же рыжая напасть! — в сердцах буркнул парень.

— Извини, — улыбнулась я дрожащими губами. Напряглась и с трудом, но все же выдавила одну слезинку.

Все знают, что мужчины не выносят женских слез и начинают чувствовать себя виноватыми.

Вот и пусть чувствует виноватым себя, а не меня. Так оно как-то безопаснее. А на «рыжую напасть» я совсем не обиделась. Папа тоже так частенько говорит, я привыкла.

— Я сейчас перевернусь на бок и попытаюсь выбраться из твоих объятий. А то если я начну разжимать твои руки с силой, тебе будет больно. Поняла?

Вот, я же говорила.

— Поняла! — закивала я и случайно стукнула его лбом в нос. — Ой!

Выдохнув сквозь сжатые зубы и на мгновение смежив веки, он медленно опустился так, чтобы моя спина коснулась щита, после чего завалился на бок.

— Неудобно, — пожаловалась я. — Ты мне левую ногу придавил.

— А ты меня сейчас задушишь! Не дрыгайся, я пополз.

Можно я не буду рассказывать, как это было? Потому что ужасно щекотно, жарко, тесно, а еще неловко, когда в какой-то момент лицо моей жертвы уперлось в мою грудь. Хорошо, что у меня платье закрытое до самого горла, а под ним еще и рубашка. А то бы я сгорела от стыда.

Наверное, парень тоже это оценил, потому что я услышала донесшееся хмыканье.

Наконец мои руки опали, потеряв опору, а ноги были не столь натренированы в объятиях, и их разжали, почти не встретив сопротивления.

— Оригинальный у тебя наряд, — снова хмыкнул блондинчик, бесцеремонно разглядывая мои брюки и сапоги, лежащие в ворохе юбок.

— Да я вообще... оригинальная, — кряхтя, словно древняя старушка, я с трудом, помогая себе руками, села и одернула подол.

— Я заметил, — растирая шею, покосился он на меня.

— Элисса. Можно Эля.

— Да какая ж ты «Эля»? — криво усмехнулась моя симпатичная добыча. — Рыжая конопатая лиса ты. Лисса.

— Не конопатая! — обиделась я. — Это милые и очаровательные веснушки. И они только летом появляются. А ты не представился. Кстати, а мы где?

— Марко, — медленно поворачивая голову, мой визави рассматривал окружающую нас чащу. — Где-то в лесу.

— А должны где быть? Куда портал настраивали?

— В столицу.