Заветная для последнего Феникса

Я хочу того, что должно произойти. Очень. Настолько, что непроизвольно стискиваю отвороты стильного камзола в непослушных пальцах, будто пытаясь притянуть Али быстрее к себе.

Но не так.

Не при свидетелях.

Не при ЭТОМ свидетеле.

- Али, - выдыхаю практически в губы парня в последней попытке разрешить эту ситуацию. Почти смирившись в тем, что мой посыл останется без ответа. Приготовившись к привкусу стыда и неловкости…

Вот только дальше произошло то, о чем я меньше всего могла подумать…

Оглушительный грохот беспардонно вспарывает тишину этой беспокойной ночи.

Глухие удары кулаками и сапогами по металлу заставляют нас с Али отшатнуться друг от друга в полном шоке. Я растерянно гляжу на парня, но он словно забыл обо мне, всем корпусом развернувшись к двери, ведущей на крышу. Той самой двери, которую он зачем-то запер за нами.

А в следующее мгновение эта и все остальные мысли вылетели из головы, сменившись всепоглощающим ужасом.

- Открывайте, немедленно! Я знаю, что вы там! У вас ровно две минуты или приказ об отчислении ляжет ректору на стол уже утром!

Ну, что, Тори? Захотела приключений и любви?

Считай, что ты допрыгалась…

Глава 17

Грохот стоял такой, словно бедную дверь пытались выбить десять пар тяжелых сапог одновременно. А судя по состоянию запора, к сожалению не магического, у нас оставалось меньше двух минут до позорного обнаружения.

Я в панике и полной прострации переводила взгляд с Али на дверь и обратно, отчаянно надеясь на то, что он найдет выход. Спасет меня и себя, оставив нежданных визитеров ни с чем. Защитит и позволит избежать наказания, а то и отчисления за вопиющее нарушение правил Академии. Полный перечень этих самых правил я так и не удосужилась прочитать, но почему-то казалось, что пункт про крышу и ночное время там точно должен быть.

Это полноценный залет.

И, несмотря на отношение магистра Ориса ко мне лично, вряд ли он закроет на это глаза.

А если меня отчислят, то идти мне попросту некуда – к Лексу и Агате слишком самонадеянно, домой в деревню – равносильно самоубийству.

О, демоны!

От всех этих мыслей я начала мелко дрожать, в отчаянии прижав руки ко рту. Али оглянулся по сторонам, так и не посмотрев на меня, но прочитать по его лицу все было несложно.

Он не знал, что нам делать. Не представлял, как выбраться.