Помощница лорда-архивариуса

Приятно пахло нагретым камнем и поздними осенними цветами.

В глухой аллее расположился небольшой уютный скверик с одинокой скамьей, куда я и устремилась. Мне не терпелось выбросить старые разбитые башмаки и надеть только что купленные. В магазине я сделать этого не решилась, и теперь, удобно пристроившись на скамье, достала из коробки завернутые в тонкую шелковую ткань ботинки и переобулась.

Встала, притопнула ногой, зажмурилась от блаженства и решила, что дорогая покупка стоила каждого отданного за нее деката — мои новые ботинки были восхитительно легкими и удобными.

Акация надежно скрывала скамью от посторонних глаз, поэтому я сделала несколько танцевальных па. Грубые башмаки из козлиной кожи, которые носили послушницы общины, нещадно натирали, поэтому приходилось оборачивать ступни грубым полотном или надевать толстые носки. Больше никогда в жизни не надену эти пыточные инструменты!

В этой части города все было аккуратным и изысканным, даже кованая решетка ливневой канавы вдоль ровной, чистой мостовой.

Я наслаждалась прогулкой; с удовольствием шагала по стальным прутьям, образующим красивый геометрический узор, и заодно любовалась темно-вишневой кожей и блестящими пуговичками своих новых ботинок.

Шаг, второй — и я с визгом подхватила подол и отпрыгнула в сторону. Проходящая мимо солидная пожилая дама сочувственно поцокала языком и произнесла:

— Будьте осторожны, дитя мое! Не подходите к решеткам близко. Этим летом подземные твари расплодились без меры. Вообразите, на прошлой неделе одна из них укусила моего терьера за ногу! Бедный мальчик до сих пор прихрамывает.

Чистильщики заявляют, что не справляются, но за что, скажите, я плачу муниципальные налоги!

Я сочувственно покивала в ответ и покосилась на решетку. Меня напугала черная суставчатая конечность, внезапно появившаяся рядом с моей ногой. Конечность дергала и рвала стальные прутья так, что они едва не выпрыгивали из пазов. Состояла она из дюжины сочленений, заканчивалась острым загнутым когтем и походила на бесконечно длинный уродливый палец.

Костепала, вспомнила я, еще один мерзкий обитатель городской канализации, еще одно порождение магии темных лет, как и диплуры. А вот и они, тут как тут — темнота под решеткой словно кипела от уродливых многоногих теней. Там, в глубине столичной канализации, диплуры дожидались темноты, чтобы выйти на охоту. Оказывается, от них не было спасения даже здесь, в квартале, где жили богатеи и теурги!

Восхищение уютной улочкой испарилось без следа.