Помощница лорда-архивариуса

В день Теней не играют свадьбы, не заключают сделки, не начинают строить дома и не выходят в лес. Говорят, все, что случается в лишний день, не принадлежит этому миру и обречено вскоре уйти в небытие. Появиться на свет в этот день — большое несчастье. Еще существует поверье, что рожденный 31 числа месяца Тумана может по своему желанию путешествовать по незримым измерениям.

Неудивительно, что суеверные члены нашей общины относились к таким людям с опаской и недоверием — кому, как не мне, это знать, ведь я родилась именно в такой день двадцать лет назад.

Расправив загнувшийся лист, я заметила, что на полях рядом с объявлением простым карандашом был нацарапан восклицательный знак — вероятно, бывшим владельцем газеты. Неужели усатый шутник завтра собирается явиться по указанному адресу и претендовать на вакансию? Не похоже, чтобы он нуждался в деньгах.

Я задумалась. Интересно, как много людей в столице, рожденных в день Теней? А как много из них тех, кто ищет работу, да еще и обладает всеми перечисленными в объявлении навыками?

По меркам общины я получила неплохое образование, но всем требованиям странного объявления не соответствовала.

Почерк у меня разборчивый, но отнюдь не каллиграфический; из четырех общеимперских языков я владела лишь двумя. Вместо староимперского в общине детей заставляли учить наречие дракрид, давным-давно забытое в империи. На дракриде были составлены первые уклады и наставления Отроков Света, но сомневаюсь, что мое знание священных текстов будет интересно возможному работодателю.

Впрочем, кое-что я все-таки умела: последние пять лет я работала в открытой при общине школе, в том числе вела учет книг. Сестра-кастелянша не раз поручала мне разбирать счета, отвечать на письма торговцев из ближайшего городка и составлять отчеты для старейшин. Чем не секретарь, умеющий вести библиотеку?

Что касается основ ритуалов и демонологии, подобные темы были в общине строго запрещены.

Если бы старейшины узнали, что в нашем доме в запертом сундучке под кроватью отца хранятся знаменитые «Черный ключ», «Ранги и легионы потусторонних сущностей» и «Потаенное царство» — настольные книги любого теурга, — отца бы публично выпороли — вместе со мной.

Несколько лет назад я подобрала ключ к сундуку и время от времени пролистывала пыльные тома в толстом кожаном переплете.