Помощница лорда-архивариуса

Цифры в столбцах начали скакать с места на место и сливаться в тусклое пятно. Пришлось положить последний счет в картонную папку, закрыть конторскую книгу и потереть саднящие от напряжения глаза.

Дверь хлопнула, в кабинет вошел Кассиус, коротко поинтересовался, как идут дела. Узнав об ошибках в счетах от мясника и угольщика, управляющий взял бумаги, быстро просмотрел и нахмурился.

— Камилла, найди дворецкого и вели ему разобраться с утра пораньше. Сделай это прямо сейчас, хорошо? Я уезжаю на важную встречу.

С этими словами Кассиус накинул длинное элегантное пальто, намотал шарф, пригладил растрепавшиеся белокурые локоны и подмигнул собственному отражению в стеклянной дверце.

Я проводила управляющего до двери и отправилась искать дворецкого.

Дом уже опустел: прислуга взяла выходной. Я прошлась по жилым этажам, добралась до комнаты Пикерна, постучала — никто не ответил. Постояла у механического сердца дома, любуясь бегом шестеренок и шатунов, заглянула в котельную и на кухню, наведалась в домик кучера — Пикерн как сквозь землю провалился.

Странно. Из дома он не уходил; неужели отправился в нежилые покои в восточном крыле? Не поленилась, проверила — дверь заперта снаружи, дворецкого в старом крыле нет.

Опять спустилась в вестибюль, заглянула в подсобную комнатку у входных дверей — и там никого. Повернула назад и заметила в темном углу за парадной лестницей узкую дверь.

Лестница вела в подвальные помещения. Пикерн запретил мне туда ходить. Ключ от этой двери был только у него.

Колеблясь, потянула латунную ручку и с любопытством заглянула внутрь. За дверью обнаружились мелкие выщербленные ступени, освещенные тусклой лампой в круглой железной клетке. Ступени вели вниз, теряясь в темноте.

— Эй! — негромко позвала я. — Господин Пикерн, вы там?

Тишина.

Смело сделала первый шаг, за ним второй; ступать приходилось осторожно, держась рукой за шершавую стену. Бледный свет электрической лампы остался наверху; я спускалась во мрак.

Внезапно меня охватил лихой азарт, словно проказливый дух подзуживал спуститься по узкой лестнице и пойти дальше. «Наверняка в подвале этого дома хранятся вещи поинтереснее старого садового инвентаря и сломанной мебели», — шептал он мне на ухо.