Лёд и пламя

Но Бес с самым невинным видом расколупывал картофелину, словно в ней был спрятан золотой самородок, не желая помогать селянину в развитии его ораторских способностей. Возникшую дилемму разрешила я. Допив молоко и вежливо поблагодарив хозяев, я взяла вещи и вышла из дома. Колдун выскочил следом, тоже с сумками:

— Ты куда? — спросил он.

— В Сивег. Иначе мы так до снегов Янока не найдём.

— Ты уверенна, что уже в состоянии держаться в седле? — с сомнением уточнил он. Видимо, не смотря на бодрость, выглядела я всё ещё неважно.

— Уверена, — буркнула я и огляделась в поисках лошадей.

Колдун закатил глаза, хмыкнул и направился в конюшни. Ему навстречу высунулся какой-то паренёк, видимо, младший сын старосты, но при виде грозного колдуна, снова нырнул обратно и больше не появлялся. Я была не в том состоянии, чтобы седлать лошадь, поэтому малодушно осталась ждать, пока этим занимался Бес. Через несколько минут он вывел наших коней под уздцы: покормленных, почищенных и осёдланных. Я прикрепила сумки и со стоном вскочила на лошадь.

VI. Похищение

Мы ехали по пыльной дороге, болтаясь в седле. Лошади едва переступали, а северянка мужественно чахла без воды на жаре. Нужно было сделать привал, но упрямая девица ни в какую не соглашалась.

— Асхильд, ты уверена, что выдержишь до вечера? — в который раз спросил я, пытливо заглядывая в глаза. Она перевела на меня хмурый взгляд, но ничего не ответила. Видимо отвечать мне в сотый раз она посчитала глупым.

— А ты правда ничего не помнишь с того вечера? — ехидно сощурившись, спросил я.

— Нет, — буркнула северянка.

— А ты знаешь из-за чего все решили, что мы муж и жена? — продолжал допытываться я, памятуя о высоких требованиях к будущему супругу.

— Нет.

— Ты была неудержима и возжелала меня прямо у реки. Ты принялась раздеваться, так что я был вынужден окунуть тебя в воду! Поэтому ты была вся мокрая утром? — охотно докончил я, любуясь вытягивающимся от изумления и ужаса лицом спутницы.

-Что?! — впервые повысила голос и выпучила глаза доселе непоколебимая Асхильд.

Я ещё немного полюбовался её ошеломлённым лицом, но рассмеялся, не удержавшись. Девушка смотрела на меня, явно не разделяя моего веселья, но ничего не говорила и, кажется, даже боялась.

— Я пошутил, — всё ещё посмеиваясь, сказал я.

Северянка с видимым облегчением вздохнула. И снова, как ни в чём не бывало, сгорбилась в седле.