Владычица тьмы. Том 1

Песня лилась мягко, перетекая из одной ноты в другую, будоража в душе самые приятные воспоминания. Эта музыка наполняла теплом, изгоняла негативные мысли из черепной коробки. Аврора даже не заметила, как перестала утопать в размышлениях и принялась просто слушать, наслаждаясь моментом. Она впервые услышала нечто подобное, такое доброе, наполненное любовью и светом. Естественно, Мун поразилась новой мелодии, ведь из музыкального арсенала полуночников только песнь исцеления души звучала приятно, когда все остальные походили либо на боевой клич, либо на похоронный марш.

Аврора просто не удержалась от вопроса:

— Эта мелодия из вашего клана?

— Это моя мелодия.

Аврора поперхнулась слюной и закашлялась. Она искренне не ожидала услышать подобный ответ.

— Твоя? – спросила Мун, перестав натужно кряхтеть. – Ты не похож на человека, который способен создать что-то, что будет дарить облегчение и покой.

Авалон ответил бесцветно:

— Я написал её после того, как вышел из глубокой медитации в лазарете.

Тогда настроение подсобило.

— Это в тот день, когда мы наговорили друг другу гадостей?

Авалон чуть заметно усмехнулся:

— Верно.

Аврора приняла сидячее положение и забралась с ногами на кровать.

— Вот уж не подумала бы, что тебя вдохновит наша перебранка, — сказала она, поправляя бинт на сломанной ноге, а после, как бы между словом, добавила: — Еще и постельное бельё сменил ради меня…

— Заткнись.

Аврора не заткнулась:

— Знаешь... это даже...

— Молчи.

— ...мило. — Мун подняла на Найта глаза и, словно дразня, произнесла: — Оказывается, ты можешь быть милым, — а про себя подумала: «Когда не запираешь людей в своей комнате».

Пальцы Авалона замерли, не успев коснуться струн.

— Я не милый.

Аврора решила ковать железо, пока горячо:

— Но это же было мило! Я не захотела спать на вонючих простынях и ты заботливо их поменял. Еще и ногу мне перевязал, такой душка, — в голосе слышался неприкрытый сарказм.

После загадочной песни настроение у серебряной девы заметно улучшилось, даже стало каким-то игривым и дружелюбным.

Музыкальная магия с лёгкостью влияла на разум и душевное состояние. Раздражение и нервозность сошли на нет, потому сейчас Аврора была готова общаться с Авалоном абсолютно так же, как с любым другим парнем.

Авалон ответил:

— Прекрати.

— А если не прекращу? Ты же не станешь бить калеку?

Авалон отложил лиру, сверкнув на собеседницу золотистыми радужками.

— Или с-станешь? — Мун поспешила отползти подальше.