Отбор по ошибке

Моих близких не стало два года назад, они погибли в пожаре, который начался из-за неосторожности напившегося отца. Я в это время была на даче, откуда бабуля попросила привезти рассаду.

Все это я рассказала внимательно слушавшей Элизе. Мы сидели в беседке в саду. Вечер был приятным и тихим, а пение птиц навевало легкую грусть.

— Ты не должна винить себя за случившееся, — тихо сказала Элиза, легко пожимая мою руку в качестве поддержки. — От грусти мало проку. Нужно жить дальше, радоваться мелочам, встречать каждый новый рассвет с улыбкой.

Я знаю, что это звучит не очень утешительно, но мы должны словно бы проживать две жизни: за себя и за тех, кто пожертвовал ради нас своей.

— Да, наверное, ты права, — так же тихо ответила я. От слов Элизы мне и правда стало немного легче.

— От моей мамы мне осталась вот эта вещица, — Элиза вытянула из лифа платья цепочку, на которой висел золотой медальон с цветочным узором. — Когда мне грустно, я сжимаю его в руке, зная, что и мама когда-то прикасалась к нему.

Так мне кажется, что я становлюсь к ней чуточку ближе, ведь однажды где-то там, за гранью мира, мы все равно встретимся с теми, кого потеряли. Я представляю, как скажу своей маме: «Ты знаешь, что со мной приключилось?», а она ответит, что знает, потому что всегда была рядом.

— Спасибо, — ответила я, украдкой смахивая слезу. — Ты первая, с кем я вообще говорю об этом.

Элиза снова сжала мою руку, и дальше мы болтали о разной чепухе.

В какой-то момент меня охватила легкая грусть оттого, что, покинув это место, я лишусь такой подруги как Элиза. А я действительно уже считала ее подругой.

Вернувшись в замок, мы поужинали, а остаток дня прошел за рассказами девушек о своей жизни до того, как за ними пришли драконьи ловчие. Выяснилось, что при появлении метки тэйи обладающие особым «нюхом» на магию ловчие выискивали девушек в каждой из частей Трэйанорра. А старшим ловчим потом оставалось лишь забрать претенденток отбора.

Вскоре пришли швеи с отрезами ярких тканей и принялись снимать со всех девушек мерки. По традиции владыка предоставлял все необходимое своим тэйям.

Я попыталась отказаться, когда ко мне подошла одна из швей. В руках она держала узкие полоски кожи, которыми и делала замеры.

— Завтра меня уже здесь не будет, так что не нужно, — отказалась я, делая шаг назад.

— У меня приказ владыки, тэйя. Если я не выполню его, меня накажут.