Дом и два жениха в придачу

При этом Тилль чувствовал, что за этим нет особого интереса, скорее смущение от самой темы.

Глава 5

Из чистого упрямства я еще раз обошла гостиную и проверила все места, где могла лежать записная книжка. Затем поднялась на второй этаж новой части дома и осмотрела спальню бабушки Риты.

Та была идеально чистой, будто хозяйка действительно знала о крадущейся смерти и как следует к ней подготовилась. Идеально ровное покрывало, выстроенные по размеру подушки с вышитыми наволочками, поникшие цветы на подоконнике.

Я вздохнула, сходила за водой в ванную и полила их. А когда обернулась, то вскрикнула от неожиданности: прямо посреди кровати умостился черный кот, Страх, и смотрел на меня тяжелым, немигающим взглядом. От неожиданности я ойкнула и чуть не уронила пустой стакан.

Глупо как вышло! Это же обычный кот, а не призрак или фейский маг с темными волосами.

— Тебе тоже тяжело без Астрид? – спросила я и села на край кровати, затем попыталась погладить Страха. – Душевная она была женщина.

Кот внезапно прижал уши и зашипел на меня, затем больно проехался когтями по протянутой руке.

Я вскрикнула от боли и неожиданности, а дальше с недоумением глядела, как рассеченная кожа начинает алеть от выступающей крови.

— Ай, барышня, как так! – возникшая на пороге Глаша всплеснула руками, затем схватила полотенце и непочтительно замахнулась на кота, но тот успел сбежать раньше. – Пшел, паршивец! А я тебя, мразоту пушистую, еще супом угощала.

— Ему же нельзя суп, можно просто отварное мясо без специй, — ответила я.

А Глаша тем временем подошла ближе, покачала головой и по-хозяйски влезла в шкаф, откуда вытащила еще одно полотенце. Затем села рядом со мной и начала затягивать руку, чтобы остановить кровь.

— Может и нельзя, но они с второй хвостатой приблудой вылизали миски дочиста и еще потом сидели, глазели на меня, просили добавки, пока я их на двор не выгнала.

— Глаша, это домашние коты, им нельзя на улицу.

— А то что, мыши затопчут? Это ж не корова нежная или козочка там, а самая настоящая хищная стервь, которую ни одна другая тварь не тронет.

— Ты не кошатница, — вздохнула я.

— Деревенская я, а там трепетание перед хвостатой нечистью не в ходу. Идемте, барышня, поищем, чем царапины обработать, не то занесем заразу. Да и комнату вам еще выбрать надо.

— И тебе. Ты теперь не прислуга, а моя гостья, можешь выбирать любую.

— Нет уж, лучше я буду за хозяйством приглядывать. Гость же как: побыл немного – и восвояси пора, а мне идти некуда.