Одна Зима на Двоих

Ей оставалось только ниже опускать голову и, делая вид, что вокруг никого нет, бежать по своим делам.

Набрав полное ведро, она бросила в него несколько листочков розовой мяты, выловленных сегодня утром из кувшина кхассера. Вода с ней лучше утоляла жажду, дольше оставалась прохладной и свежей, а ее вкус становился медово-сладким. Лиссе должно понравиться.

— Смотри, что я тебе принесла, — гордо сказала Ким, ставя ведро перед свое подопечной, — Такого ты еще не пробовала.

Вытянув чешуйчатую шею, вирта подозрительно принюхалась, потом раздвоенным языком полоснула по поверхности воды.

— Что мнешься? Давай! Тебе понравится. Ай!!

Вместо того чтобы пить, Лисса стремительно обернулась и впилась зубами ей в руку чуть выше запястья.

— Ты что?!

Было больно, алые капли крови, падали на землю, а вирта продолжала ее удерживать, не разжимая челюстей и не отрывая хищного взгляда.

Ким попыталась освободиться.

— Пусти!

Раздался низкий предупреждающий клекот.

— Лисса! — Ким испуганно дернулась, — прекрати немедленно!

От боли по ее щекам градом катились слезы.

— Лисса, — простонала она, понимая, что сама не выберется и надо звать на помощь, — пожалуйста.

Жестокие челюсти разжались и, не удержавшись на ногах, Ким повалилась на землю.

С блаженной мордой вирта провела языком по тонким губам, слизывая алую кровь, и подступила ближе. Будто ничего не произошло, она привычно пихнула девушку носом в живот, фыркнула в шею, раздувая растрепавшиеся волосы, а потом принялась лизать разорванную руку.

— Отстань от меня! — всхлипнула Ким, отпихивая от себя окровавленную морду.

Зажимая рану рукой, она с трудом поднялась на ноги. Вирта потянулась за ней и ухватив зубами за подол, дернула, требуя добавки.

— Нет у меня ничего!

Кровь из пульсирующей раны продолжала капать на потрескавшуюся от жары землю. От обиды хотелось реветь навзрыд, но вместо этого Ким просто отвернулась, оторвала от подола узкий кусок грубой ткани и кое-как наложила повязку. Надо возвращаться в шатер.

Тем временем вирта за ее спиной спокойно пила воду с мятными листами и размахивая тонким змеиным хвостом, пыталась отогнать назойливых мух.

— Предательница! — горько обронила Ким и бросилась прочь.

…Первым, кого она увидела, выскочив из закутка, был Хасс.

Он стоял недалеко от прохода и принюхивался, жадно вдыхая воздух полной грудью.