Одна Зима на Двоих

Эта проклятая зима длиться слишком мало, нам не хватает ни сил, ни времени. Три недели, максимум. И снова ждать год, чтобы прорваться к границе.

— Хасс держал свою группу месяц, — напомнил черноволосый Аксель.

— Пусть месяц. И что дальше? Все тоже самое! Возвращаться обратно, иначе людям не выжить. Или долина высосет все силы, или Сеп-хатти сожрет. Мы в тупике. Нас слишком мало.

— Станет еще меньше, если приход аракита прекратится. А без кхассеров проход в долину будет и вовсе невозможен.

— И что теперь, Килай?! Сидеть дальше и жать, пока источники не иссякнут? Надо что-то придумывать. Напрячь ведьм, магов…оракулов, в конце концов!

— Они все и так постоянно ищут решение.

— У нас есть артефакты зверя, — Брейр вытащил из-за пазухи медальон на золотой цепочке и потряс им перед остальными, — можно раздать лучшим воинам. Снарядить их картами, где указаны переходы и отправить в долину.

— И половина из них затеряется в горах по дороге туда, а вторая половина погибнет на обратном пути.

Ты же знаешь сам. Это бесполезные безделушки, которые на смогут защитить, если рядом нет кхассера. Только дурак попрется в горы, надеясь на один лишь камень!

— Они дают шанс!

Ким незаметно прикоснулась к амулету, который Хасс самолично повесил ей на шею, когда привел в лагерь. Он был почти невесомым, теплым и едва заметно пульсировал в такт сердцебиению.

…Шанс

…Тот самый, о котором она просила у Трехликой.

Она не сдержалась, бросила украдкой взгляд на своего хозяина и чуть не вскрикнула, нарвавшись на его хищный взгляд.

Он наблюдал за ней. Пристально, безотрывно, впитывая каждую эмоцию.

Испугавшись, что он обо всем догадается, вспомнит про камень и заберет его, Ким поспешила вернуться к работе. Руки не слушались, ложки позвякивали в тонких, подрагивающих пальцах, а чужой настойчивый взгляд продолжал прожигать дыру между лопаток.

***

Это был первый раз, когда Ким не хотела побыстрее сделать работу и сбежать.

Напротив, она всеми силами тянула, по пять раз перекладывала тарелки с места на место, упорно счищая остатки еды, которых уже не было и в помине. Напряженно ловила каждое слово, оброненное кхассерами, потому что впервые почувствовала надежду, постепенно перерождающуюся в уверенность в том, что она сможет. Путь есть, они сами сказали. А значит она должна попытаться. Неважно как, неважно какой ценой, но должна.