Блеск чужих созвездий. Часть 1

Мангон еще раз внимательно осмотрел Таню с ног до головы (та громадным усилием воли подавила желание поежиться), а потом пожал плечами:

— Да мне все равно, — и отвернулся к огню.

Амин удивленно посмотрел на Таню, будто это она виновата в происходящем. Та только развела руками. Так что, ее будет испепелять огромный зеленый дракон, или планы изменились?

И тут, будто услышав ее мысли, в кабинете появился новый персонаж. Сухонькая старушка вошла без стука и вопросов, просто открыла дверь, кинула пару слов дворецкому, который хотел бы ей препятствовать, но как будто не смел, и помедлила в дверях, разглядывая собравшуюся компанию, переводя взгляд от одного человека к другому.

Время согнуло ее спину, и тяжелое темно-зеленое одеяние, состоявшее по местным обычаям из многих слоев, казалось, еще больше тянет ее к земле, как и высокая прическа из седых волос. Гостья хитро осмотрела присутствующих и остановила взгляд на Тане.

— Тэссия Аррон, чем обязан? В зале закончилось вино? — плохо скрывая раздражение, спросил Амин.

Ситуация становилась все более запутанной, все менее понятной для Тани. Кто эта женщина? Почему хозяин не выгонит ее, ведь то, что происходит в кабинете, явно не предназначено для посторонних глаз? Какую власть она имеет над этими людьми? Увы, слишком много вопросов и ни одного внятного ответа.

— Добрый вечер, Адриан, милый, — между тем обратилась Аррон к Мангону так, словно он был ее любимым внучком, при этом игнорируя намеки хозяина дома. Протянула руки, будто ожидала, что Адриан опустит в них свое лицо для родительского поцелуя.

— Хотела видеть тебя на приеме и не думала, что ты будешь прятаться по кабинетам.

— У меня много дел, Корнелия, — ответил тот. — Не до танцев сейчас, — однако не остался стоять истуканом, а шагнул к ней, наклонился и аккуратно сжал ее локоть.

— Твои дела как-то связаны с этой юной тэссой? — женщина повернулась к Тане. — Прости меня за глупую шутку, милая. Меня уже никто не боится, а ты была такой искренней, что я не смогла удержаться.

Таня чувствовала себя совершенно потерянной: Мангон, высокий и властный, стоял теперь рядом и внушал непередаваемый трепет, а странная старушка улыбалась так, словно была родственницей, — но отчаянно старалась сохранить лицо. Слишком много всего, чтобы осознать и придумать, как вести себя.

— Что же, девочка не понимает драконьего? Как интере-е-есно. Я, пожалуй, останусь тут с вами. В уголке у вас побуду, — с этими словами старуха достала из широкого рукава мундштук.