Блеск чужих созвездий. Часть 1

Например, нарисовать для Северянки смущение и стыд, объяснить их разницу. Ну и похожие вещи. Если честно, это необычно и интересно. Ну, и лишний повод напроситься в гости к прекрасным женщинам.

Его улыбка и лукавый взгляд говорили — Жослен флиртует, и Росси явно было приятно. Она улыбалась и поправляла прическу, и Жослен улыбался ей в ответ. И с того вечера визиты художника были не просто дружескими, но и полезными: часто он приносил с собой наброски, с которых на Таню смотрели лица с самыми разными выражениями от неуемной радости до крайнего отвращения.

Жослен, как мог, объяснял значения новых для Тани слов, вскакивал, показывал пантомимы и махал руками. Росси сначала просто смеялась над сценками Жослена, а потом присоединилась к нему. На пару с Сен-Жаном они взяли Таню под крыло, и ее обучение объединило их не меньше, чем совместные ужины и шутки.

Если вечера дарили уют и веселье, то ночи приносили только холод и тревогу. Когда Росси наконец уходила в свою комнату и гасила свет, Таню навещал незваный гость.

Он просто мелькал в окне, задерживаясь не больше, чем на несколько секунд, но их хватало, чтобы вселить страх, пробирающий до костей. Иногда он не приближался, оставался на стене или в караульной башне, и тогда Таня видела темный силуэт, кривой, сгорбленный, который выхватывал из ночной черноты факел или твераневая лампада, оставленная стражей. Хотелось задернуть шторы, чтобы не видеть, как, освещенная луной, появляется мрачная фигура в плаще, замирает, высматривая что-то в недрах ее комнаты, а потом растворяется в темноте. Но у Тани не было никакой уверенности, что это спасет ее от визитов незнакомца, а от мысли, что он будет там просто стоять и ждать, волосы вставали дыбом. Так продолжалось несколько дней, пока сон не пропал совсем, и Таня не превратилась в злобное невыспавшееся существо, бросавшееся на Росси, Жослена, Раду — всех без разбора. И тогда она решила действовать.

От дубленки, что Таня нашла в шкафу, пахло то ли мылом, то ли дешевым парфюмом. Она натянула ее и приоткрыла балконные двери, словно крышку кроличьего силка.

Комнаты быстро выстыли, отдали все тепло ненасытной осени, монстрообразные батареи оставались ледяными, и приходилось кутаться. Она стояла за тяжелой гардиной и вдыхала успокаивающий аромат воротника. По всем расчетам ночной посетитель должен был вот-вот появиться. Росси спала, и из ее комнаты не было слышно ни звука. Мирно шелестели шестеренками часы. Что-то тихонько стукнуло на балконе, и сердце Тани пропустило удар.