Глупая серая мышка

Да и никто другой, кроме танцовщиц, стихийные метки отыскать не сможет.

- А демоны?

Я даже остановилась. Вполне логично, только…

- Я думаю, там не все так просто. Вряд ли, на одну стихию настраивали бы. Во главе храма всегда универсал был, так что кроме меня вряд ли кто найти сможет.

Успокоила. Идем дальше. Герцог, незаметно так, ко мне все ближе придвигается. Едва ногой о меч не бьется. Может пора уже ему по-дружески объяснить, что хватит ко мне, юной и неопытной, клинья подбивать.

Не успела. Похвальное желание так и осталось неисполненным.

Откуда они появились, заметить я не успела. Словно черные тени выступили из темноты домов, не издавая ни звука. Окружили. С тонким визгом вылетели мечи из ножен.

Много их, слишком много.

Герцог резко наклоняется ко мне, с удивительной нежностью губами касается моих губ. По щеке тихим шепотом шелестит:

-Прощай, мышка.

И мы встаем спина к спине.

Только рано, мой милый герцог, ты нас хоронишь. Ты мне еще за этот поцелуй ответить должен.

И я зову стихии, но не как партнеров в танце.

Зову как воинов, как защитников. И они приходят. Обжигающим ветром и воздушными крыльями за моей спиной. Мягкой землей, что задержит наших противников, влажным туманом, скрывающим наши движения.

И я обнажаю меч и выпускаю на волю свою сущность. Сущность танцовщицы стихий. Для самого прекрасного танца - танца смерти.

Но их слишком много.

И я вступаю в танец.  И жизнь замирает на кончике моего меча. И тело стремительным броском вырывает свою смерть из рук врага.

И биение крови в жилке на виске звучит оглушающей музыкой. И я перетекаю из одной стойки в другую, не нарушая ритма. И ни один стон не нарушает гармонию схватки.

Они умирают молча. Их тела куклами-марионетками, потерявшими свих актеров, падают мне под ноги. Но на место погибшего немедленно встает другой воин. И танец продолжается. И снова слышится звон металла. И на губах амброзией ощущается чужая кровь. И снова я едва успеваю перехватывать удары, что предназначены герцогу. И снова, срывая голос, он кричит, предупреждая меня об опасности.

И кажется, что в этом городе, где так часто ходит патруль, из живых остались только мы и те, кто так торопится отправить нас в царство мертвых. 

И только танец. Кровавый танец жизни и смерти.

Герцог яростно ругается: кидаю быстрый взгляд. Рукав камзола мечом разрезан, кровь в алый цвет ткань окрашивает. Вот демоны, достали! Нанеся очередной удар, обхожу своего соратника по танцу: рана не глубокая.