Глупая серая мышка

И девочку забрал к себе один из немногих моих друзей. Признав своей дочерью. Но… королева всегда знала об этой тайне. Именно она, когда графиня осиротела, предложила мне назвать ее своей фавориткой. Дав ей возможность бывать во дворце и насколько можно больше общаться со мной и с собой, полюбив ее как своего ребенка. И… защитив ее от всяких проходимцев.

Вот только не надо смотреть в мою сторону. Кто старое помянет…. 

А картинка вырисовывается все более интересное. Если бы… Если бы не постоянное ощущение, что ни к добру все это.

И мы вернулись в бальный зал.

Сначала ушел очень задумчивый герцог. И не надо иметь проницательность Повелителя, чтобы понять, о чем он думает.

Похоже, на одного соперника у меня стало меньше.

Затем и мы, по дороге еще раз обсудив основные цели нашего похода. Который начинался как простая прогулка по выяснению родового древа герцога. И дорос до многогранной загадки. Каждая из которых, по каким-то своим законам, являлась смертельно опасной.

Момент, когда двери распахнулись, и на лестнице появилась Тая, я пропустил.

Поднял голову, когда осознал, что в зале стоит абсолютная тишина. 

Она стояла на верхней ступеньке лестницы. Белое платье делало ее похожей на невесту. Хрупкую. Очаровательную, в своей невинности. Самую желанную.

А потом она сделала шаг. И ее тело растаяло в призрачном сиянии, а темные волосы вспыхнули лезвиями снежной стихии.

И в вой ветра вплелся тяжелый ритм барабанов.

И с каждым ее шагом вниз ее стихии вставали рядом с ней. Такие разные. И такие похожие. Деля вместе с ней каждое ее движение, каждый ее жест.

И их тела, как единое целое, смущали и волновали каждой новой замершей композицией.

А потом им навстречу поднялся Он. И в мире не осталось ничего, кроме замысловатой игры мужчины и женщины. Игры старой, как сама жизнь, и не познаваемой, как сама вечность.

И только фигура танцовщицы, одиноко застыла чуть в стороне. И в каждом изломе ее тела, чувствовалось дикое одиночество. И ее руки звали и молили. Ее тело рвалось ввысь и застывало разочарованием.

И за мгновение до того, как от ее тела по залу пронеслась волна знойного воздуха, я, по какому-то наитию, поднял магический щиты.

И тогда я понял, какова власть Танца над людьми. О чем предупреждала меня моя душа, когда ощущала, исходящую от Таи опасность.