Герцогиня успеха в Академии магии

Так мы направились в лазарет, Вэйн впереди, спеленутый лозами, профессор Лайонэлл рядом со мной, бросающий на меня задумчивые взгляды. Молчание не тяготило меня, особой болтливостью я вообще не отличалась, а тут еще не хотелось бы испортить момент разговорами. Может он извинится хочет? После его попытки взлома ментального щита, головная боль мучила меня еще полчаса, пока я наконец не приняла снадобье из собранной Марьяной в дорогу аптечки. Но то ли эльф не хотел признаваться в своей гнустной попытке прочитать мои мысли, то ли вообще не думал, что его действия могли повлечь головную боль, факт оставался фактом: извиняться он и не собирался.

Ну хорошо, не больно-то и хотелось! Только не обессудьте теперь, господин менталист, я выиграю пари и озолочусь. Пока не знаю как, но я вас очарую и вы преподнесете мне свое сердце на блюдечке с голубой каемочкой. Эльф, не догадываясь о моих кровожадных мыслях, акуратно поддерживал меня под локоток.

Почти свидание... Под ногами шелестел ковер опавших листьев, прохладный осенний ветерок срывал новые порции золотой листвы и осыпал нас, словно молодоженов.

Где-то вглубине парка кричала ночная птица, ухнула сова, пробежал какой-то маленький зверек.

- Вы когда-нибудь теряли память, леди Виннтоль? - прервал молчание кер Риавеннеон.

- Нет, до такой степени влюбляться мне не доводилось, - со смешком выдала я, и в ответ на непонимающий взгляд Дивного, объяснила, - у нас выражение есть такое: «без памяти влюбленный», или «влюбиться до потери памяти».

- Ясно, - прохладным голосом произнес он, - а у нас есть выражение «влюбиться до потери пульса», считается, что когда эльф встречает свою половинку, его сердце на мгновение останавливается, чтобы возобновить биение в унисон с избранницей.

Час от часу не легче ... скажи кому – не поверят, брожу ночью с красавчиком-преподавателем, о любви веду беседы... Это было бы чудесно, если бы не было так странно. Я в курсе, какого мнения эльфы обо всех людях. Мы для них сродни животным... И если для вампиров мы всего лишь красиво оформленные бутылочки с кровью, то для эльфов – обезьяны, научившиеся читать и разговаривать.

И что он тут забыл? Среди людишек, глупых мартышек, как они нас называют. Влюбить его в себя задача трудновыполнимая, но не сказать, чтобы невозможная. Начало положено, он не может прочитать мои мысли.

- Скажите Виннтоль, - продолжил он, остановившись и повернувшись ко мне всем телом, - можете ли вы быть не дочерью своих родителей?.. Простите за любопытство, но ...