Сны куклы

На улице Рика не без удовольствия отметила, что ветер, бушевавший ещё с ночи, начал стихать, но его сменил неуместный в это время года снег, засыпавший хотя бы слегка ледяной каток, в который превратился Кленфилд накануне. Они с Вилом для полной чистоты эксперимента вышли через служебный выход библиотеки, миновали парк при Академии и пошли по бульвару Кружащихся листьев.

— Логично предположить, что педантичный Кэш перешёл сразу на нужную ему сторону улицы, — сказал Вил и потянул чародейку за рукав.

— А, по-моему, большинство людей предпочитают идти именно по бульвару среди деревьев, — возразила она, — тем более, что старший библиарий заботился о своём здоровье, значит, гулял.

Коррехидор согласился, и они пошли по бульвару.

— Что могло повлиять на его внезапное решение исчезнуть? – задавался риторическим вопросом Вил, крутя головой по сторонам, — кто или что ему встретилось?

Рика тоже переводила взгляд с оледенелых от замёрзшего дождя ветвей клёнов на скамейки, внимательно оглядывала дома. Вроде бы ничего особенного: улица как улица.

Дома, лавочки, магазинчики – почти самый центр города, да и Торговый квартал в двух шагах. У здания варьете, которое так надеялся получить покойный господин Рэйнольдс, было тихо и пусто. Афиши уже убрали, уличную кассу закрыли.

— Нет, — вслух рассуждала чародейка, — тут ничего не могло повлиять на Кэша. Театр закрыли сразу после смерти владельца, а произошло это уже почти неделю назад.

— Тогда идёмте дальше, — предложил коррехидор.

Они свернули на углу и двинулись дальше.

Улица Белошвеек спускалась довольно круто вниз к набережной полноводной Журавы – одной из двух рек, пересекавших атранскую столицу. Будочка, где пропавший старший библиарий покупал газеты обнаружилась сразу же. Кроме газет в ней продавались трубки и множество сортов табака. За прилавком маялся от скуки невысокий сухонький старичок в потёртой, но чистой национальной одежде и повязке на лбу.

— Здравствуйте, — поприветствовал его Вил.

— Здравствуйте и вы, молодые господа, — поклонился продавец, — мои товары к вашим услугам.

Сделайте милость, окажите честь, выбирайте всё, что только душа пожелает. Табачок у меня наивысшего качества. В Кленовом дворце есть некоторые люди, что не брезгуют затариваться в моей лавке.

— Табак нас мало интересует, — ответил коррехидор, — нам нужно задать вам несколько вопросов.

— Коли потребно, так задавайте, — разрешил продавец. Было видно, что ему надоело сидеть в одиночестве, и он готов поговорить.