Сны куклы

Однако ж, я заболталась, — последовал ещё один исключительно вежливый поклон, — позвольте мне препроводить вас в Фиалковые покои. Не сомневаюсь, они придутся вам по вкусу. Для «Красного императора» честь принимать новобрачных Дубового клана. Мы всегда стояли и будем стоять на незыблемости традиций и обычаев Артании.

Рика готова была задохнуться от возмущения. С каких это пор их принялись считать новобрачными? Вил слегка сжал локоть чародейки и прошептал: простите немолодой женщине некоторые вольности в общении.

Мужчина и женщина, вообще никак не связанные с друг другом, на курорте породят гораздо больше сплетен и домыслов, нежели сын Дубового клана и его наречённая.

Она выдохнула, но пропиталась к госпоже Рёми искренней неприязнью. Лучше бы ей заниматься своими делами, чем фантазировать об отношениях постояльцев. Девушка вздёрнула подбородок и с независимым видом пошла следом за коррехидором и хозяйкой.

Номер, который именовался Фиалковыми покоями, был безупречно чистым, просторным и удобным.

Огромное окно выходило на опоясывающую дом террасу, за которой раскинулся сад. Хозяйка сама показала, где лежат футоны, постельное бельё и предложила воспользоваться шёлковыми халатами, которые для Фиалковых покоев были искусно расшиты нежными горными фиалками.

Вилохэд перехватил взгляд чародейки и обратился к хозяйке гостиницы:

— Госпожа Таками – практикующая чародейка на службе Кленовой короны, и мы бы очень высоко оценили, если бы в её распоряжении были отдельные покои. Возможность практиковаться и предаваться медитации – чрезвычайно необходимо для её занятий.

— Но Фиалковые покои – самые лучшие в моей гостинице, — растерянно проговорила госпожа Рёми.

— И, несмотря на это, я настаиваю, — твёрдо закончил Вил.

В результате им предоставили два номера попроще, которые не носили цветочных имён, и шёлковые халаты не могли похвастаться особо богатой вышивкой. Однако Рика была очень благодарна четвёртому сыну Дубового клана, сумевшему найти выход из двусмысленной ситуации, что он избавил её от необходимости проводить ночи в совместном номере.

Госпожа Рёми поджала губы, всем своим видом показывая, насколько ей тяжко примириться с выбором постояльцев, и продолжила рассказ обо всех возможных прелестях старинной гостиницы на горячих источниках. Коррехидор вежливо выслушал её, поблагодарил и заверил в серьёзности намерений посетить все купальни, включая даже самую горячую, благодаря которой заведение и обрело своё название.