Сны куклы

— Естественно, нет! – чародейка смутилась, осознав, насколько двусмысленно прозвучали её слова, — я имела ввиду…, то есть хочу сказать, что вы держали меня в неведении относительно одного вопроса, — тут она поняла, что даже под страхом смертельного заклятия не заставит себя высказать Вилу в лицо то, что говорила подруге.

— То есть, вы ставите мне в вину, что я не просветил вас о сущности Древесного права? – сощурился коррехидор, — но, простите, хоть вы и совершеннолетняя девушка, моё целомудрие плюс банальные нормы приличия не позволяют обсуждать некоторые аспекты взаимоотношения полов с посторонними дамами.

— Выкручиваетесь! – заклеймила его чародейка, — а сами, поди, посмеялись от души, пока родственники, знакомые и малознакомые личности, не стесняясь, подшучивали над Древесным правом!

— Даже и не думал. У меня в мыслях не было оскорбить вас словом или действием. Я просто старался уменьшить количество таких намёков. Поверьте мне, любые древесно-рождённые жених и невеста в полной мере подвергаются шуткам и намёкам различной степени пошлости.

— Но мы с вами формальные жених и невеста, — возразила чародейка.

— Конечно, однако ж не стоит кричать об этом на каждом углу. Подобными заявлениями вы повредите и своей репутации, и репутации Дубового клана.

— Прикрывать свои собственные интересы интересами клана – низко! – воскликнула девушка, — вы просто надсмехались надо мной.

— И не думал. Во-первых, мне и в голову не приходило, что в вашем возрасте вы сохранили понейшую неосведомлённость по данному вопросу, — проговорил Вилохэд, жестом приглашая чародейку присоединиться, — вокруг вашей братии ходит такое количество слухов, что найти невинную душу среди чародеек также сложно, как — он тут замялся и не закончил фразу, — одним словом, я прошу у вас прощения за то, что исходил из неправильного мнения.

В Оккунари и потом я просто старался по возможности смягчить для вас последствия подшучивания древесно-рождённых, многие из которых отнюдь не блещут утончённостью нравов и манер. Во-вторых, я не считаю возможным для себя и для вас пользоваться подобной привилегией, — твёрдо закончил он.

Рике стало неловко. Она ворвалась в кабинет человека и набросилась на него со своими обвинениями, хотя по сути-то дела, её незнание и было её собственным просчётом. Поэтому девушка поправила волосы и спросила, зачем, собственно, её пригласили.

Вил указал на газету.