Сны куклы

Мало кому удавалось повстречаться с этими необыкновенными людьми, — на этих словах он покачал головой, — они очень скрытны, и, говорят, безжалостно убивают каждого, кто осмеливается нарушить покой и сосредоточенность секретных тренировок, делающих истинных тодзиру неуязвимыми, немыслимо ловкими, сильными и абсолютно бесстрашными. Я слыхал, будто они платят за это своими чувствами, — ещё одно покачивание головой, — ужасная плата. Просто чудовищная!

— Милый мой Фибс, — Вил через силу съел пышный оладий, политый мёдом и посыпанный тёртыми орехами, — ты, как всегда, легковерен.

Тодзиру попросту не существует.

— Я, конечно, не сомневаюсь к компетентности господина, — чуть обиженно проговорил дворецкий, — однако же мои глаза говорят мне обратное. Да и ваши вам тоже, вы ведь видели «Любовь жреца»?

Вил утвердительно наклонил голову.

— И что? Станете утверждать, что обычному, пускай даже самому замечательному артисту, по силам выполнять смертельно опасные трюки, коими буквально набито представление?

— Я полагаю, мы с тобой стали свидетелями ловкой обставленной иллюзии с капелькой магии, — ответил коррехидор.

Фибс снова взялся за чайник, намереваясь порадовать господина второй чашкой чая, но Вил жестом отклонил предложение.

— Я читал в «Кленфилдском вестнике» большую статью о «Лунном цирке», — начал Фибс, он явно собирался привести весомые контраргументы, — и в ней господин Рэйнольдс лично заявлял, что его представление неоднократно проходило проверку на магическое вмешательство, и всякий раз никакой магии обнаружить не удавалось.

Более того, у него имеется соответствующий сертификат, где чёрным по белому написано о полном отсутствии магии в его спектаклях. Только техника секретных тренировок тодзиру.

— Владелец театра волен заявлять всё, что угодно, особенно для привлечения внимания публики, — усмехнулся Вилохэд, порой доверчивость Фибса по некоторым вопросам ставила его в тупик, — я, как выпускник факультета классической артанской литературы могу тебе с полной ответственностью заявить: тодзиру придумал писатель Та́ко Эга́рт, который в своё романе «Тропы гор» описал особых оборотней — людей-кошек, козням которых противостоят тодзиру – люди, владеющие техникой необычного боя без оружия, особой ловкостью и смелостью.

Герои Эгарта настолько полюбились публике, что представление о затерянных деревнях и секретной технике тодзю́цу прочно укоренилось в головах обывателей. Таким образом тодзиру кочуют из книги в книгу уже больше сотни лет.