Связующие нити

Мои руки нарисуют всё, что ваша память хранит, и не желает пропускать через прошедшие годы. Готовы?

— Подождите, так сразу?

— Можно подождать. Настройтесь. Не должно быть никакого мусора, лишних мыслей, мечтаний и придуманного прошлого. Только правда, только один из тех дней в больнице.

Анна закрыла глаза и несколько секунд не шевелилась.

— Я готова.

Затаив дыхание, я прикоснулась к бумаге краешком угольной палочки… и превратилась в зрителя. Штрихи, штрихи, нажим, растушёвывание, — быстрые движения кисти, и уголь послушно, очень живой и дышащей линией выводил всё более чёткую картину больничного коридора, декоративной пальмы в бочке, занавесок, детского силуэта в халате.

Короткая стрижка, волосы светлые… я швырнула лист в сторону, схватилась за рыжую сангину, - новое изображение.

Мысль запечатлеть трудно. Её скорость, её неустойчивость, её переплетение с тем, что есть и с тем, что только кажется… шестой рисунок стал похож на бред, ничего не проглядывало, образы и пространства сплелись в невообразимую кашу.

— Анна, внимательней…

— Да-да.

Снова уголь. Она села ровнее, покивала мне головой, но тут же сознание соскользнуло в мечтательную улыбку секунд на десять. Этого хватило, чтобы моя собственная рука вывела за пять секунд одним безукоризненным движением её профиль, а за другие пять, столь же безупречным жестом профиль Тристана. Я выдрала лист:

— Сосредоточьтесь! Вас заносит!

— Простите.

Две девчонки у зеркала строят рожицы своему отражению, соревнуются в том, кто больше будет похож на мартышку.

Следующий рисунок, как кадр фильма, передаёт их смеющимися. Главное схвачено.

— Всё, достаточно.

С облегчением я опустила руки вдоль тела. А Анна в восторге:

— Это удивительное ощущение, так вспоминать…

— Сейчас пройдёт, — сердито успокоила я, и взяла на себя наглость: — это что?

— Ой, — и гостья смутилась.

— Что же вы ищите на самом деле, Анна? Это воспоминание о вчерашней ночи?

Засмеявшись, Анна кокетливо прикрыла рот и отвечала вполголоса:

— Я невольно представила.

Ваш коллега был очень учтив, и он обнадёжил меня, что всё будет хорошо.

— Поцелуем?

— Нет, только лишь словами. А любого привлекательного мужчину я привыкла представлять… как бы это выразиться, с возможностью на роман, особенно если я свободна. А вы мне не скажете, — снова смутилась Анна, — у него есть кто-нибудь?

— Нет.

— Я кажусь вам легкомысленной?

— Ничуть. Но скажу сразу, что у работников агентства не в правилах заводить романы с посетителями.