О дивный чуждый мир

А коли работы нет, так и платить, стал-быть, пока не за что. Дом Вам выделили, это уж как положено. Как понадобитесь, так и позовём.

– Что, так уж всё и ладится? – не поверила Римми. – Вообще никаких проблем в городе нет? И скотина не болеет, и по ночам всё спокойно?

– Дык на неспокойных у нас и нейр имеется, – проговорился он. – А ежели одна какая скотина занедужит – так оно завсегда и везде такое случается, не магистрату же за каждой козой ходить. Тут уж сами договаривайтесь.

– Я правильно Вас понимаю, господин Кнокпис, что городу мои услуги не нужны? – напрямик спросила она.

– Так ведь, стал-быть…

– «Стал-быть» – всё дело в нейре Мортестиге, вашем патроне? – недобро прищурилась она.

– Послушайте, госпожа маг, – тоже разнервничался мэр. – Приехали – так живите. Дом Вам выделили, как законом положено. Частным образом Вам работать никто не запрещает. А у магистрата для Вас работы нет!

Вот и крутись, как хочешь, поняла Римми. Только дело то в том, что и частным порядком к ней обращаться никто не спешит! А ведь тут и обеспеченных людей хватает, и тех, у кого действительная нужда в её услугах может быть.

Ну не может же этот нейр все их проблемы решать! Тогда не выписал бы себе мага по распределению в помощь.

Кажется, решать всё придётся не через этого жирного борова в магистрате, а непосредственно через нейра.

Уточнять адрес Римми не стала, просто напрямик отправилась к замку на холме. Вышколенный дворецкий сообщил, что нейр Мортестиг изволит уже второй день объезжать свои владения, и вернётся не раньше, чем через три дня.

Через три дня нейр изволил почивать аж в пять часов пополудни. А после – быть не в настроении для приёма горожан, быть занятым неотложными делами, быть с дамой… Да, даже об этом прямо и бесстрастно сообщал слуга.

Римми обивала порог замка нейра три недели, поняв, что именно он является причиной её вынужденного безделья. За эти три недели за её услугами так никто и не обратился. Её собственные деньги, заработанные на случайных практиках во время учёбы, стремительно таяли.

Это было похоже на форменное издевательство. Кем бы ни был этот недоступный нейр – нелюдимым стариком, сверхзанятым человеком – а Римми уже прониклась к нему искренней ненавистью.

От отчаяния Римми даже записалась в местный клуб благородных дам, благо её титул позволял, но и там наткнулась на вежливый интерес к новому лицу, но полное безразличие к ней, как к магу.

Единственным светлым событием стал ответный визит одной дамы из этого клуба пару дней спустя.