Привет, Яга! - 3

− Тут ведь, оно как получается? Иногда человечку твои фантазии и не нужны. Ты ж не один работаешь, а вместе с тем, что там вот скрыто! − Еще одно несильное постукивание по лбу Васька опять умудрился пропустить. Вот так дедуля! – Ты ж только удрёмываешь человечка, − продолжал он, − а человечек, глядишь, и сам чего надумает, пока засыпает. Вот я не так давно мимо вашей избушки проходил на Светлой Сторонке, да к вам обоим заглянул…

Васька резко встал, и я была вынуждена заминать опасную беседу.

− Знаете, ваш золотой город – просто шедевр!

Старичок вяло улыбнулся.

Он постепенно менялся, как будто замирал. Маки на его венке распустились и теперь неестественно алели в неярком свете Обратной Стороны.

− Люди обычно забывают большую часть из того, что мы с Фантазией им дарим, - заметил он. – Это печально. Я рад, что вы не забыли. Это были мои особенные творения.

− Знаете, жалко, что такие классные картинки вы создаете только для одного человека! – заявила я, вспомнив прекрасных животных из того сна. Очень захотелось нарисовать их, но я не умела.

– Вы, лучше, подарили бы эту красоту не мне, а какому-нибудь художнику, − начала рассуждать я вслух, − он мог бы написать картину. Или поэту, музыканту.

Дрема кивнул, понимающе. Он все меньше напоминал добренького старичка.

− Если вы не против поделиться… − прошептал он, наклонившись к моему уху. Странно, от него начинало ощутимо тянуть холодом. Я поежилась, но бодро продолжала, так как мысль мне понравилась.

− Конечно, я не против! Будет жалко, если такие идеи пропадут.

И Василий будет не против. Не знаю уж, чего вы там для него придумали, но он точно под впечатлением. Потом, правда, он с палаткой дрался… − я поняла, что зашла не туда. Незачем ссориться с милым старичком, который просто помогал своей племяннице. Да и кончилось ведь все хорошо.

− Я подумаю, какие годы человеческой истории выбрать для этих образов и кому их подарить… Поэты и музыканты… − задумчиво протянул Дрёма, и маки на его венке заколыхались под порывами невидимого ветерка.

– Обычно я не повторяюсь, но тут, пожалуй, сделаю исключение, − продолжал рассуждать мой странный собеседник.

− Пошли-ка, лучше, от него подальше, − потянула меня за руку Маринка.

− Ты чего? – удивилась я. – Твой дядя классный. Веселый такой. Был. Сначала.

Я посмотрела на Дрёму. Он сидел, закрыв глаза, и что-то тихо бормотал. Его лицо постепенно худело, превращаясь в маску черепа, а маки на венке начинали вянуть.

− Пошли-пошли! – настаивала Маринка.