Воплощение Дракона

 

   - Всю семью наместника и его самого убили сегодня вечером. - мрачно произнес другой.

   Странный ночной гость грустно, криво улыбнулся и прошептал одно слово, которое не расслышали. Что-то, похожие на “Син Сяолун”. 

   - Пусть один из вас проводит меня во дворец - мрачно произнес он. 

   Ясное утро, заместитель департамента Тайн суетился перед несколькими вельможами и новым Воплощением Золотого Дракона и первого претендента на звание наместника. 

   - Письменные приказы, а также показание разведчиков не оставляют других версий кроме одной, - тараторил заместитель, - мой начальник задумал переворот, он спланировал и осуществил нападение на всех членов семьи наместника, а также на ближайших претендентов.

И если бы он, тщеславно самолично не отправился на покушение господина Ся Пина, я уверен, он бы вышел сухим из воды. 

   - То есть, Вы уверены, - проговорил один из посетителей с длинной седой бородой, - что только сам Син Сяолун спланировал эти покушения.

 

Заместитель вздохнул. И протянул пачку бумаг. 

   - Вот его приказы на бумаге, написанные его рукой. - он подвинул ещё одну стопку листов. - Вот показания свидетелей, они в темнице, можете сами их допросить. 

   Хмурый Ся Пин только кивнул и вышел из кабинета. А за ним последовали остальные.  

Год земляного быка

Шестой месяц

двадцать третий день

   Вдалеке играла музыка, похороны старого наместника решили обставить особо пышно.

Ся Пин должен был присутствовать, как новый правитель. Но никакой этикет, ни какая сила во всех девяти провинциях, не могла сейчас заставить его отойти от двух новых могил. В одной лежало тело его жены, а во второй лучшего друга. 

  “Как же это все случилось?”, - горько подумал он. “Что и когда пошло не правильно? Теперь во всех хрониках напишут о том, что его лучший друг - предатель, поднявший подло бунт”. 

   Он посмотрел на могилу друга.

“Они даже не поймут, что ты сделал”, - подумал он. “Знают, только я и несколько твоих подчиненных. Но, ни они, ни я, не скажу никому, что произошло на самом деле. Потому, что никогда, и ни за что, не смогу простить тебя за это”. 

   Ся Пину хотелось рыдать и биться в агонии. Однако, дух Дракона уже держал  его сознание в стальных тисках, подавляя все эмоции и слабость. Он даже не мог заплакать. 

   

Рядом рыдала мать Лян Аи.