Анди. Сердце пустыни

Уж не знаю, как она к вам попала, спрашивать не стану, но всем известно, что в детей берут тех, кто и сам скоро помрет. А девка – молодая, симпатичная. Почему не купили? Потому что по глупости решила собой с надсмотрщиками расплатиться. Девки, особливо кто из свободных первый раз в рабство попал, думают, что если ублажить охрану, те им бежать помогут. Ну или к хорошему хозяину попасть подсобят. А то, что не каждая после такой ночи выживает, думать не хотят.

И смачно сплюнул на пол:

– Дуры.

– Нет, язык тебе все-таки мешает, – со значением заметил аргосец, и целитель обиженно заткнулся, а Анди выгнулась от пронзившей тело огненной волны.

Было так больно, точно в кожу впились тысячи колючек, и она не сдержала стон. Ей вторило грозное рычание и истеричный вопль целителя:

– А-а-а! Он меня укусил! Вы за это ответите! Сейчас же уберите тварь от моей ноги!

И взбешенно-ледяное от аргосца:

– Продолжай лечение. Чем быстрее закончишь, тем быстрее он тебя отпустит. И не ори так, – Анди прямо представила, как он недовольно морщится, – крови нет.

Тебя не укусили, а просто удерживают.

Слуга вмешался, постаравшись сгладить ситуацию:

– Валф, милый, выплюнь ножку. Она же грязная. И не вздумай кусать. Еще заразишься.

Целитель аж задохнулся от возмущения.

– Вы все ненормальные, вас самих лечить надо!

– Боюсь, ваши расценки нам не по карману.

Аргосец откровенно насмехался.

– Заканчивай. И учти, если после лечения она не придет в себя и не сможет внятно разговаривать, то…

– Понял я понял, – зачастил целитель.

Все же когда дерх зубами сжимает ногу, спорить не хочется.

И следующая исцеляющая волна была в разы мягче предыдущей, а потом еще одна и еще.

– Как ты? – спросили над головой. Анди не сразу поняла, что обращаются к ней. Просто лежала, наслаждаясь тем, что у нее ничего не болит, а тело стало легким как облачко.

– Как она может быть, ваша светлость? С тремя сломанными ребрами, ушибами живота, сотрясением головы.

Да у нее внутри ничего целого почти не осталось! Всегда подозревал, что троглодки живучи.

– Я не тебя спрашивал, – отрезал аргосец.

– Нормально, – прохрипела Анди, открыла глаза и в мутном после возвращения мире смогла разглядеть темные балки потолка, побеленные стены и обеспокоенные две лохматые морды: одну черную, вторую лазурную, а над ними – белое пятно лица аргосца.

– Воды, – попросила Анди, балансируя на грани с тьмой.