Твоя судьба за поворотом

Элиза прошла через своеобразную зеленую арку, образовавшуюся из свисающих с деревьев стеблей плюща, и смогла охватить взглядом огромное пространство. По периметру поляна была заставлена большими и маленькими каменными горшками с цветущими растениями, что создавали романтичную обстановку. Неисчислимое же количество вампиров-мужчин собиралось в группы по двое-трое, а некоторые разбредались поодиночке. И все они искали кого-то глазами в толпе.

Ей встретились несколько девушек, что тоже в поисках кого-то блуждали среди мужчин, но, несмотря на это, порой бросали на некоторых завлекающие взгляды, но проходили мимо.

Нимфа прижимала пальцами той же руки листок к своей ране и никак не могла найти взглядом Эзру. Как вдруг осознала, что там, где она проходила, становилось тише. Кто-то шумно вдохнул воздух. Потом еще и еще. Со всех сторон.

Вытянувшись от напряжения словно струна, но продолжая путь, Элиза взглянула на свою руку и увидела собирающуюся каплю крови на ладони.

Она ощутила, как кровь резко отлила от ее лица, и похолодели руки. Видимо, она слишком сильно придавила лист к ране, тем самым снова вызвав кровотечение. И теперь эта капля для них, как красная тряпка для быка.

Одна единственная нимфа среди бесчисленного количества голодных вампиров. И что будет, если их раздразнить?

Она медленно, стараясь не показывать страха, и не поворачивая головы, взглянула на окружающих ее носферату. Мужчины, словно загипнотизированные, не отрывали жадного взгляда от ее шеи и руки.

Ей нестерпимо захотелось хоть чем-нибудь прикрыться или лучше прямо сейчас оказаться дома и запереться на все замки, прячась ото всех. Но она была всё еще здесь, и с одной стороны ее от вампиров разделяла лишь ощетинившаяся фелида, а с другой стороны не было ничего, что могло бы оградить ее от стоящих совсем близко к ней мужчин.

Сердце с удвоенной скоростью забилось в ее груди, а сама она с трудом сдерживала неразумный порыв к бегству. Только этот порыв нисколько не поможет ей, а наоборот - прибавит к их жажде инстинкт преследования.

Не сменяя скорости, она заставляла себя идти между вампирами, которые один за другим поворачивались к ней, ноздри их хищно трепетали, а взгляд неизменно останавливался на ее шее и стекленел.

С каждой секундой тревога ее нарастала. Деревья были слишком далеко, чтобы она могла воспользоваться лианами, что подняли бы ее на недоступную для вампиров высоту.