Капитан Химеры

Она видела перед собой не просто уникальных существ, а бывших путешественников, покорявших звезды наравне с другими расами. Как тяжело им, наверное, было отказаться от свободы лететь, куда вздумается.

Совсем не так тяжело, как тебе кажется, Клара, – голос лисицы ворвался в сознание тихим шелестом. – Мы все созданы Великой матерью. Мы – часть ее, и она – часть нас. Противиться ее воле – все равно что противиться собственному телу – почти невозможно. Тем более мы знаем, для чего все это делалось. Очень скоро мы снова отправимся к звездам.

Капитан заложил руки за спину и снова склонился над картой.

– Хорошо! От Риги-3 полетим по вашему маршруту, – в голубых глаза мелькнуло что-то темное, опасное. Будто капитан предвкушал этот полет, ждал опасностей.

– Возможно, стоит оставить Жель? – подала голос Клара. – До этого нам везло, но сейчас каждый человек на счету.

– Я не стану рисковать, – качнув головой, капитан повернулся к приборной панели. – Дэвай уже знает, что мы летим следом.

– Но кто-то должен занять место Жель.

Де Сото пожал плечами.

– Я могу это сделать. Я доверяю вашему таланту вести корабль.

Клара нервно хихикнула, но по лицу Бальтазара было понятно – он не шутит и совершенно серьезно вручит ей штурвал.

– А вы не можете связаться с другими Эндо и предупредить их об опасности? – девушка посмотрела на лисов, а те виновато опустили головы.

Мы – единое целое, – сказал рыжий, – но на таком расстоянии мы – лишь частицы общего, отделенные от Великой матери. У мысли тоже есть свои ограничения, Клара. Спроси об этом любого телепата.

– Возвращайтесь в каюту, – устало проговорил Бальтазар. – Пока не доберемся до Риги-3, можете спокойно спать. Воспользуйтесь оставшимся временем – потом возможности развалиться пузом кверху у вас не представится.

Лисы радостно тявкнули и вылетели с мостика с такой скоростью, будто их преследовала целая свора охотничьих собак. Впрочем, подруга рыжего явно уступала ему в скорости: в таком положении сильно не разбежишься – и пушистая бочкообразная лиса недовольно зарычала, вынуждая нерадивого муженька ее подождать. Издалека прилетел отголосок виноватых мыслей: рыжий извинялся перед подругой и просил не кусать себя за хвост.

На мостике стало тихо.