Капитан Химеры

Вы откуда вообще прилетели?

– Мы летим с Заграйта, – бесстрастно ответила Жель.

Руби присвистнула, и ее губы растянулись в понимающей улыбке.

– Так вы богатенькие ребята! У нас на станции если тебя поймают на мелкой краже или вредительстве-хулиганстве, то отрабатывать будешь до потери пульса.

– Разве служба безопасности никак это не контролирует?

Девочка передернула плечами.

– Они могут забрать человека, чтобы тот отрабатывал долг им, – она невесело усмехнулась. – Поверьте, вы не захотите, чтобы они вас забрали.

– Клара, у нас осталось не так уж и много времени, – предупредила Жель.

– И правда, – кивнула девушка и повернулась к Руби. – Пойдем выбирать тебе куртку.

– Это необязательно, – смущенно пробормотала малышка, но Клара была непреклонна и провела девочку по нескольким торговым отсекам.

Станция была настоящим чудом. Все, чего могла пожелать человеческая, и не только, душа, – вот оно, только руку протяни. И кредитную карту.

Специи различных планет, сладости, лекарства, одежда, сшитая из таких тканей, каких никогда не встретишь на том же Заграйте.

Украшения, статуэтки, мясо экзотических арктурианских ежей – все, что вообще можно вообразить. Прямо в центре торгового отсека в здоровенных сковородках жарили совершенно круглых мэлкаи – деликатес из красных виранских морей.

Чуть в стороне на тонкие стеклопластовые палочки собирали кисло-сладкую паутину газовых пауков, сидящих на п-образных жердочках и взиравших на собравшихся вокруг тремя парами сине-зеленых глаз.

Уже через пятнадцать минут Руби щеголяла новой курткой, расшитой блестками и узорами, а Клара радостно обнимала небольшой рюкзак из плотной охряно-красной ткани. Материя на ощупь напоминала нагретый солнцем бархат, а Жель насмешливо сообщила, что это шкура крока. И берут самую мягкую “жопную” часть, так что Кларе лучше не тереться об обновку так активно.

Девушка только отмахивалась и с восхищением рассматривала покупку. На Заграйте она как-то не позволяла себе таких подарков. Оклад пилота был не таким уж и большим, но даже то, что оставалось после оплаты жилья и продуктов, отправлялось матери. Клара чувствовала себя виноватой, пусть даже имела полное право на самостоятельные решения и собственную жизнь.

И вот так бездумно купить хоть что-то – в голову не приходило.