О, мой король!

– Еще раз,– строго попросила она, подходя ближе, и заглядывая в мои глаза рассматривая, как изменился их цвет и рисунок.– Я уже два раза тебе все рассказал, – фыркнул, отворачиваясь. Филипп сбежал почти сразу, как Ари явилась по его зову, не желая попасть под горячую руку. В таком состоянии я вполне мог кинуться на него. Арианне же, как женщине, подобная опасность не угрожала.– Да, я все слышала. Просто поверить не могу. Два поколения, Роан. Два поколения у наших предков не проявлялся Зов. А теперь ты тут сидишь, в самый неподходящий момент, сгорая от страсти к девице, которую увидел второй раз в жизни.

– Думаешь, я сам рад тому, что все вылезло сейчас? Думаешь, мне этого хотелось? – я говорил утомленно, почти придя в себя, но Ари была права, где-то в глубине пылало немного притихшее, но явное желание обладать княжной. И оно казалось куда более уместным, чем корона на моей голове. Может, все случилось не просто так?– Я тебя не упрекаю,– сестра отвернулась к окну, рассматривая небо, словно там был написан ответ. – Мы все привыкли к тому, что Зова нет в нашем роду больше. Все свыклись с потерей некоторых способностей, и теперь такое… Мы ждали восемь лет, пока подростковые всплески силы сойдут на нет, пока к нам придет полный контроль…На потолок, на стены позади сестры вдруг поползли темные тени, поглощая свет. Ее хрупкая фигура не изменилась, не увеличилась и не подалась вперед, но даже на меня давила сила Трианонских Лордов, способного одним движением вырвать душу из тела. 

Пусть наши предки-демоны покинули прежний мир много поколений назад, но кое-что осталось доступно и нам, их детям.

Вот и Зов вернулся, пусть и не вовремя и пока только у меня одного. Знать бы только сколько в этом пользы, а сколько вреда...– Что мы  станем делать? – как женщина рода, единственная, присутствующая в столице, Арианна должна была решать брачные вопросы. И я надеялся, что у сестры есть на этот счет какие-то идеи и знание, переданные матерью. Потому как сам я мог придумать только один вариант. И ничего благородно-королевского в нем не было.– Протяни руки, – сестренка, убрав давящую темноту собственной силы, подошла к креслу, в котором  я сидел, рассматривая когти, которые так и не удалось втянуть. Если с клыками я еще справился, укрыв свою вторую сущность под видом человека, то с руками такой фокус не проходил. От когтевых лунок вверх по пальцам тянулись тонкие линии, пока еще бледные, но я знал, как оно будет выглядеть через какое-то время.