1. Пари на пятьдесят золотых (псевдоним: Тата Орлова)

Если сравнивать с ним, то слишком юна, чтобы составить конкуренцию, но по факту вполне сумела пусть и не встать на одну ступень, то приблизиться вплотную. В анализе - точна и конкретна, в том, что касалось дипломатического хождения вокруг да около, когда требовалось обойти острые углы взаимодействия розыскных служб двух государств, безукоризненно сдержанна и тактична. В оценке ситуации – категорична, но без невозможности изменить точку зрения, если вдруг для этого появятся веские основания.

Внешностью ее природа тоже не обделила, как и в аромате духов очень точно и изысканно смешав противоположности.

Хрупкость и сила. Мягкость и безудержность. Тонкая талия, приятная глазу мужчины грудь, крутые бедра, маленькая ладонь….

Рыжие волосы уложены в строгую прическу, но так, что глаз не отвести от аккуратных ушек, длинной шеи, мягкой линии плеч. В дерзких, зеленых глазах легкая отстраненность и едва заметная грусть. А еще – одиночество. Похожее на паутину, в которой она билась….

Ходили слухи, что юная маркиза - внебрачная дочь короля Мергонии.

Ошибались. Зэнель де Терси была его племянницей. Незаконнорожденным, но единственным ребенком погибшего брата.

Информация досталась ему не из первых рук, но человеку, который ее добыл, де Корсото доверял. Не как себе – едва ли не больше. 

- Женщина. От двадцати пяти до двадцати восьми. Волосы…

Де Корсото развернулся, посмотрел на появившегося порталом гостя. Приветствовать не торопился, предпочтя дать тому закончить. И не важно, что сам был способен на подобные фокусы, в анализе де Эренталя всегда находились нюансы, способные позволить посмотреть на то же самое, однако чуть, но иначе.

- …рыжие, - закончил старый друг, подходя к креслу, в котором не так давно сидела маркиза, - но ближе к тому мягкому оттенку, который отличает смесков элиан. – Его брови сдвинулись к переносице, затем, «успокоившись», вернули лицу привычное, чуть задумчивое выражение. – И ведь ни малейшего намека на беспокойство, - добавил он с явным удовлетворением.

– Когда я пересекался с ней в прошлый раз, она еще нервничала.

- И когда это было? – возвращаясь к столу, поинтересовался де Корсото. По пути прихватил приготовленную к встрече бутылку бореевского молодого вина и тарелку с холодным мясом. 

- Около года назад, - не задержался с ответом де Эренталь. Дошел до закрытого книжного шкафа, ловко поддел дверцу, которую трудно было открыть, если не знать маленького секрета. Достал бокалы.