1. Пари на пятьдесят золотых (псевдоним: Тата Орлова)

Дервиль слегка перебрал, де Борей его осадил, тот сказал, что герцог и сам ходок еще тот, так что не ему указывать. Кто-то добавил, что благодаря стараниям де Борея в столице скоро девиц не останется, потом кто-то еще что-то сказал…

- А тут – ты! – сделала я напрашивающийся сам собой вывод.

- А тут – я, - отстранившись, засмеялся брат. – Надо было промолчать, но….

- Но… - поторопила я Агжея, заметив, как вновь засверкали зрачки. Брат был…. Что такое кураж, мы с ним оба знали.

- Я предложил пари, - резко выдохнул он.

– Сто золотых, если найдется женщина соответствующего положения, но не родственница, которой удастся провести в его доме неделю. И – пятьсот, если она задержится на месяц.

- Сколько? – переспросила я.

Со смыслом моего вопроса брат не ошибся.

- Пятьсот, - повторил он, довольно улыбаясь. – Золотых.И, знаешь что… - протянул он, интригуя. – Тебе повезло. Герцог ищет себе секретаря.

- Кого? – пришлось уточнить.

- Секретаря, - хмыкнул он. Отошел, окинул меня внимательным взглядом.

– Ну что, будем делать из тебя мужчину?

Мне нужно было качнуть головой, но… вместо этого я кивнула.

***

На подготовку к встрече у нас ушло три дня, да и их потратили скорее на подгонку одежды, чем на разработку плана. Тот у брата был уже готов  и все, что нам оставалось - проговорить кое-какие нюансы моей новой биографии. Впрочем, особо новой она не была, только подправили некоторые имена и факты. 

Рекомендательным письмом Агжей тоже озаботился заранее - помог дядюшка, из чего я сделала вывод, что тот либо в курсе нашей авантюры, либо….

О том, втором варианте, думать я не хотела, подозревая, что стоит забраться глубже, тут же наткнусь на матримониальные планы маркграфа де Эренталя. Не стала я уточнять, и где брат раздобыл документы, подтверждающие факт моего рождения. Уже давно приняла для себя, что о некоторых его знакомствах знать мне не стоит.

Небольшую грудь скрыл особой формы корсет, остальные отличия фигуры - штаны со вставками, увидев которые я долго не могла говорить от смеха, и длиннополая куртка, покроем напоминавшая форму студиозусов.

Волосы у меня, как у любого боевика, довольно короткие - только собрать в куцый хвостик, а лицо.... Чёрная  бандана делала его черты более острыми и грубыми.

Заканчивал образ кинжал в потертых ножнах, лучше иных слов говоривший о бедности дворянского рода, чьим отпрыском я вроде как являлась, и собственный перстень академиуса, подчеркивающий серьезность претендента.