1. Пари на пятьдесят золотых (псевдоним: Тата Орлова)

- А что именно? – как-то настороженно склонил он голову к плечу.

С учетом того беспорядка, в котором находилась его одежда и глубокой синевы под глазами, выглядело весьма уморительно.

- Влетать! Бить об стену! Нельзя было спокойно войти?! – распаляя себя, говорила я все громче и громче.

- Мишель, ты чего? – отпихнув де Риньи, в комнату стремительно вошел Агжей. – Он тебя….

- Что здесь происходит?! – рявкнул де Борей. Этот ворвался в библиотеку третьим.

Как оказалось, не последним. Герцог де Корсото неожиданно ловко протиснулся между ними и, схватив меня за плечи, развернул к свету.

- Ты прав, отходняк, - наконец произнес он, непонятно к кому обращаясь.

 Поняв, что еще немного, и я просто разревусь им на потеху, дернулась, отступила…. Взгляд наткнулся на книгу, которую я нашла лежавшей на столе, буркнула, едва ли не первое, что пришло в голову:

- Там какое-то письмо. С него не так давно снимали копию.

- Что? – непонимающе переспросил де Корсото.

- Письмо, - послушно повторила я, старательно глядя на изящное кружево его воротника, чтобы успокоиться. – Его светлость предупреждал, чтобы я не использовал в библиотеке заклинание копирования, оно плохо влияет на старые книги. А там…. Когда - точно не знаю, но меньше месяца.

- Он всегда такой? – де Корсото повернулся к продолжавшей стоять у дверей троице.

- Обычно еще хуже, - пожал плечами брат.

- Куда уж?! – тяжело вздохнул де Риньи.

Де Борей промолчал, тут же направившись к столу.

- Стоять! – гаркнул де Корсото.

Не знаю, как остальные, но именно в этот момент я поняла, что такое страх. И каковы могут быть его последствия.

Вот только на меня это действовало прямо противоположно. Дядя говорил, что я – как маленькая собачонка. Боится, но кидается. Не потому, что смелая, а как раз оттого, что страшно.

- Кто дал вам право… - мягко, создавая словами музыку, чуть слышно спросила я.

Нет, я не заклинатель, но когда у тебя брат с утра до вечера тренируется правильно произносить звуки, чему только не научишься.

- Что? – де Корсото был занят самоуправством де Борея, так что мой демарш едва не пропустил.

- Кто дал вам право кричать на нас?! – повторила я, но уже с нажимом.

Брат замахал руками, мол, что ты творишь?! Де Риньи предпочел отвернуться, но его плечи вздрагивали, намекая, что маркграф не без труда сдерживает смех. Эдгар просто смотрел на меня, явно не узнавая в обычно сдержанном молодом человеке подобное чудовище.