Секретарь широкого профиля

Едва ли посетителю моего начальника исполнилось хотя бы двадцать пять. Темные, чуть вьющиеся волосы, густые брови, темно-серые глаза, аристократический нос и тонкие губы.

Устроившись на диванчике и закинув ногу на ногу, Станислав Радамир вопросительно взглянул на меня, а я мысленно себя обругала, сообразив, что слишком долго торчу посреди приемной без движения. Стараясь не спешить, я шагнула к двери в кабинет, постучала и, не дожидаясь ответа, вошла. Шефа в поле зрения не оказалось, и тут у меня возникло повторное желание себя обругать.

- И что делать? – тихо спросила я пустое кресло шефа.

Будь на месте явившегося рейяна любой мелкий человечишка, я бы преспокойно попросила подождать, но что-то подсказывало, что Станислав Радамир, представляясь, явно опустил свой титул.

Есть что-то особенное в облике тех, по чьим жилам течет благородная кровь без малейшей примеси. Вроде и не стараются специально, а проглядывается что-то в осанке, в повороте головы, во взгляде.

Иногда то одна, то другая высокая особа королевства находила время почтить своим визитом пансион. Обычно к нам в одиночку или в сопровождении дочерей и племянниц выбирались уже пожилые рейяны благородного происхождения. Они неспешно гуляли с директрисой по нашему обширному парку, а мы стайками прятались в густых зарослях рододендрона, рассматривая незнакомок.

Нам они казались диковинными иноземными бабочками в своих элегантных нарядах, в летящих мехах или кружевных накидках. Мы жадно ловили интонации голосов, жесты и выверенные взгляды, а после в шумных общих комнатах устраивались целые приемы, когда каждая ученица старалась идеально повторить манеры гостий. Наставницы посмеивались, глядя на нас, а мы в своих серых простеньких платьях вышагивали по вытертым коврам с видом королев, облаченных в тяжелые мантии.

Со стороны мы, само собой, смотрелись глупо, но всем девочкам нравились такие игры. Все мы мечтали о счастливом будущем, о благополучии и даже о титуле, пусть каждая и понимала, что никто из знатных рейянов никогда не возьмет в жены одну из нас. Для чистокровных аристократов есть чистокровные аристократки, а девчонкам вроде нас место, разве что, среди прислуги да любовниц.