Леди и вор

Впрочем, и наш капитан потерял крупную сумму из-за своей некомпетентности в подборе кадров, его счастье, что не голову… Я думаю, Эрнест ввел вас в курс дела?

– В очень общих чертах… Простите, доктор, моей супруге нужно отдохнуть. День выдался непростой, – Джеймс улыбнулся. Всего двенадцать часов назад он был в Лондоне… И зачем, спрашивается, Джонни его отпустил?!

Ливси понял намек и все-таки убрался. Джеймс запер дверь и оглянулся на спутницу. Хотелось бы надеяться на ее благоразумие, впрочем, судя по взгляду, близко лучше не подходить.

Он вздохнул и выдвинул из-под стола узкий стул.

– Если вы все еще желаете меня пристрелить, пистолет в кармане пиджака.

Она не покраснела, но во взгляде мелькнуло подобие смущения.

– Не смешно.

– Мне тоже. – Джеймс устало растер лицо ладонями. Ужасно хотелось спросить, действительно ли он, по ее мнению, похож на маньяка-насильника, но вопрос, скорей всего, спровоцировал бы новый скандал. К тому же, вряд ли леди видела много маньяков.

– Я уточню у Эрни насчет запасной одежды. На пиратском-то корабле обязательно должен быть сундук с разным барахлом, захваченным при грабеже добропорядочных купцов… – он попытался улыбнуться, но вышло однозначно плохо. – Насчет второго одеяла тоже уточню, думаю, уступить вам кровать будет по-джентльменски.

Анна отчетливо вздохнула, и он на мгновение прикрыл глаза. Леди перенервничала и устала, она одна в океане среди толпы незнакомых мужчин, и вынуждена делить комнату с малознакомым… Это, конечно, все равно не повод стрелять.

– Попробуйте заснуть, день действительно выдался сумасшедшим. А я разыщу капитана и выясню его планы в отношении нас. Верните пиджак… Пистолет оставьте, вам с ним будет спокойнее.

И ему будет спокойнее… Наверное. С другой стороны, чем ему поможет крошечный дамский пистолетик в общении с чертовой дюжиной головорезов? Правда, доктор на головореза не похож…

Но в колонке преступлений любой газеты самые жестокие изощренные преступники именно так и описаны – внешне респектабельные джентльмены.

***

Аннабель выбрала одну заклепку как точку равновесия и просто смотрела на нее, почти не мигая. Без пиджака стало холодно, казалось, вместе с вещью каюту покинуло все тепло. Ситуация осложнялась полным отсутствием какой-либо приличной одежды, а та, что была, казалась прозрачной. Анна думала, что это видно всем: сорочка промокла от нервного пота и противно липла к спине.