Чёрная королева: Око воды (том 1)

— И почему же ты всего этого не сделал? — прищурился генерал, напряженно думая, к какому оружию успеет дотянуться, если понадобится.

Но в то же время он понимал: что бы ни привело князя Лааре сюда — это было что-то из ряда вон выходящее.

— Почему? Потому что я дал слово твоей дочери, Альба. Что я не убью тебя и твоих людей. Ну, если, конечно, ты сам не нарвёшься. Так что не провоцируй меня.

— Ты дал ей слово?! И в это я должен поверить?

— Как бы ни смешно это звучало, но… в нынешнем противостоянии на Оленьем Роге нет ничего крепче моего слова.

Хотя… ты вряд ли поймёшь всю иронию этого выражения.

— И с чего бы тебе давать слово моей дочери? — спросил генерал, скользнув взглядом по рукояти сабли, лежащей на походном сундуке справа. — Ты и твой брат похитили её и хотели вырвать ей сердце. А теперь с чего вдруг волки и овцы поменялись местами?

— Она меня спасла, — Дитамар взмахнул кинжалом. — Меня, моего брата, весь Лааре.

И, собственно, поэтому я здесь. Чтобы спасти ещё и тебя.

Генерал смотрел на своего врага, не понимая, что всё это значит. Это звучало как полный бред, выглядело как полный бред, и генерал даже покосился на жаровню — не принёс ли Барк случайно вместе с дровами серых гнилушек? Бывало, что дым от таких грибов играл с рассудком человека злую шутку. Генерал ущипнул себя за запястье, но всё осталось на своих местах. И лицо Дитамара было всё таким же серьёзным.

А значит… Он что, снова хочет что-то выменять у него так же, как в прошлый раз с Кайей? Выторговать новую отсрочку?

— Спасти меня? И от кого же меня спасать, кроме клятых лаарских собак?

Дитамар прищурился, разглядывая генерала, а потом пересел на край походного сундука, так, чтобы быть чуть выше своего заклятого врага. Он взял саблю, лежащую здесь же, вытащил её из ножен и задумчиво повертел, разглядывая лезвие в пламени свечей.

— Сейчас я расскажу тебе историю, Альба.

Историю об одной женщине, обо мне и моём брате. И о тебе. А после этого мы поговорим о том, почему я пришёл тебя спасать. Надеюсь, ты никуда не торопишься? — он отложил саблю и скрестил на груди руки...

***

Когда Дитамар закончил свой рассказ, даже в полумраке шатра было видно, как изменилось лицо генерала.

— Ты же не думаешь, что я во всё это поверю? — спросил он хрипло, пытаясь совладать с голосом.