Ронин

Сильный толчок между лопаток заставил соперника клюнуть носом. Но оружие воин не выпустил – упал на него грудью. Руки успели спружинить, звучного грохота от падения тела в этот раз не случилось, только коленки шумнули об пол.

– Уже чуть лучше, – победно усмехнувшись, похвалил казак. – Следующего подавайте, покруче.

Нервным взмахом ладони мастер направил в центр зала самого опытного бойца. Самурай занял оборонительную стойку, поджидая, когда враг сам войдёт в зону поражения.

Алексей не стал кружить – открыто пошёл грудью на врага.

Бамбуковый дрын он всё так же держал одной рукой, только взял его, как шашку «на караул».

Соперник подловил врага на шаге, обрушив конец меча на буйную голову казака.

Бамбук со свистом рассёк воздух и… гулко стукнул кончиком по полу, ибо русский, непостижимым образом, не попал под раздачу.

Самурай дико взвизгнул и нанёс несколько быстрых вертикальных ударов по фигуре противника, словно вознамерился нашинковать кочан капусты.

Бамбук выбил ритмичную дробь кончиком по полу – казак лишь вертел корпусом, убирая плечи с траектории удара.

Казалось, русский превратился в бесплотного призрака – меч ни разу не задел казака. Высокий воин, будто невесомая бабочка, порхал над полом. В тиши не слышалось даже его шагов – зал заполняли лишь стук бамбука, шуршание просторных одежд самурая, его поступь и натужное сопение.

Соперник на мгновение остановился, перевести дух.

Казак молниеносно взорвался серией ответных выпадов – все достигли цели.

Под градом ударов оглушённый самурай согнул плечи, выронил выбитый из рук меч, а затем, приняв на грудь мощный поперечный толчок бамбуковым дрыном, опрокинулся на спину, словно сваленная ударом биты кегля.

Казак бросил пренебрежительный взгляд на распластавшуюся куклу и обернулся к приумолкшей толпе разодетых клоунов. Теперь уже никто не отпускал ни смешков, ни шуток в адрес косолапого русского.

– Что прищурились, узкоглазые, никак медведя с обезьяной спутали? – подзадорил приунывшую компанию дерзкий парень и, ловко подбросив стопой выпавший из рук поверженного самурая меч, поймал его на лету.

 – А ну, давай сразу десятком на меня! Оптом, с двух рук, всех отдубасю!

После перевода майора старому наставнику очень захотелось поглядеть на манеру ведения боя заморским мастером. Он выкрикнул десять имён. Знал, что «русский медведь» не покалечит, а задора в обучении искусству кэндо ученикам добавит изрядно.

Десять самураев бегом охватили казака кольцом.