Красавица и Дракон

За спиной зашуршали шаги – Дракон куда-то пошел. Я обернулась. Мужчина склонился к земле и сорвал цветок – один из немногих, что каким-то чудом выживали здесь. Безжалостная рука надломила тонкий стебель, разрушив хрупкую красоту.

Мужчина вернулся с цветком в руке и протянул его мне. С одной стороны это был жестокий поступок. Дракон опять отнял жизнь. С другой, я готова спорить на что угодно: прежде он никогда и никому не делал подарков. Для него это что-то новое, неизведанное. Он выглядел одновременно решительным и трогательным с этим цветком в руке.

Что-то дрогнуло во мне, и я испугалась. Так быть не должно. Врага надо ненавидеть, только этого он и достоин. Я укрепила свое сердце этой мыслью, вернула ему черствость и спросила:

— Зачем было уничтожать цветок?

Рука Дракона дернулась. Я не взяла подарок. Это его задело.

— Затем, что я – уничтожитель всего живого, — он смял растение в кулаке. — Все, чего касаюсь, гибнет.

Остатки цветка он бросил мне под ноги.

Жалкие, измятые. Так же буду выглядеть я, когда он со мной закончит.

Глава 17. (Не)добрые вести

Дракон перенес меня прямиком в мою спальню. Я кожей ощущала его недовольство. От него воздух в комнате раскалился и сгустился до состояния киселя. Вдыхать его было невыносимо, он опалял горло и жег легкие. На склоне вулкана и то дышалось приятнее.

В этот час моя комната пустовала. Служанка и Иридия не дождались меня. Что не мудрено, мы гуляли несколько часов. Я испугалась, что мы с Драконом остались наедине, но он тут же ушел, так ничего не сказав.

Ни Иридия, ни княгиня не навестили меня тем вечером. Я была предоставлена сама себе и радовалась этому. Появилось время привести мысли в порядок. Вспомнить, за что я ненавижу Дракона. На прогулке я на краткий миг забыла об это, подобное недопустимо.

Позвав Ларру с помощью колокольчика, шнур от которого висел у кровати, я вместе с ней сходила в грот и ополоснулась. Служанка помогла мне расчесать волосы и приготовиться ко сну.

Как ни странно, спала я в ту ночь спокойно. А вот утро выдалось тяжелым. Оно принесло дурные вести. В первую очередь для Дракона. Но и мы – его узницы – страдали, когда у него портилось настроение.

После завтрака за мной зашла кормилица и повела к Дракону. Старуха была на удивление тиха. Она не ворчала, не сыпала проклятиями, а просто молча шла вперед, изредка поглядывая за спину, чтобы убедиться – я все еще тут.