Йага

- Дерзишь? Вот что, милай, убирайся-ка ты подобру-поздорову. Не по нраву мне дерзкие. А не то в печь засуну и…

Рьян взлетел по ступенькам птицею. Уж чем-чем, а ловкостью он богами был оделён сполна. Бабка и отшатнуться не успела, как он её сцапал за плечо.

- Вот что, ведьма, я к тебе с добром пришёл. Не угрожать, а торговаться. И покуда своего не выторгую, не уйду. А печь и впрямь растопить стоило бы. Не видишь, молодец замёрз и оголодал.

- Сказала, не пущу! Пшёл отседова, негодник!

Вот же карга упрямая! Недолго думая, Рьян закинул бабку на плечо да и вошёл в избу с нею вместе.

И оторопел. Потому что навстречу ему выбежала девка с копной волос цвета дубового корня, с жёлтыми звериными глазами и с повязкой на прокушенной руке.

В лесу жила не одна, а две ведьмы.

- Матушка, а не сожрать ли нам гостя незваного? - Голосок был ей под стать: звонкий, со смешинкою. Девка хитро оглядела молодца, ничуть не смутившись его наготы. – Али лучше наперво откормить? – хихикнула она.

Глядела странно и хитро.

Так глядят малые дети, когда попадутся на какой урезине, но нипочём в том не сознаются: хоть кричи, хоть лупи – не я кота смолою измазал! Рьян и сам так, бывало, смотрел на отца.

- Лучше бы откормить, - не стал противиться Рьян. Он поставил старуху на скрипучие доски, оправил её передник и игриво шлёпнул пониже спины, словно молодку. – А то кожа да кости, разве что на холодец пойду.

- Ну, дерзкий, сам напросилси!

Ногти старухи почернели и заострились, как у птицы хищной, в избе потемнело – тусклой лучины недоставало разогнать сгустившуюся тьму.

Рьян изготовился защищаться, да не пришлось. Девка повисла на локте у старухи:

- Матушка, ну что ты, в самом деле! Видно, горе у человека случилось. Неужто иначе явился бы к тебе в такой час?

- Да я б ни в какой не явился, кабы не нужда, - вставил проклятый.

Ведьма по-змеиному зашипела, вскинула руку, вырвала из рыжего чуба несколько волос. И сунула их в рот, вдумчиво пережёвывая.

Рьян ажно за живот схватился – замутило.

А девке будто так и надо!

- Ну? – поторопила она бабку.

- Ладно уж. Пущай говорит, - согласилась, наконец, та. – А ты брысь отседова!

- Вот ещё!

- Брысь, сказала!

- Ну матушка!

- Баньку растопи. Не видишь, гость околел вконец! Да и грязное есть не хочется…

Девка прыснула, пихнула Рьяна бедром и выскочила из избы.

Матушка! Гляди-ка! Да старуха ей в бабки годилась, а то и в пращуры! Но не для того наследник явился к лесной ведьме, чтоб судить. Пусть ей.