Жена для Главы Ковена

искорки?!

-- Да, очень похоже на искорки, зеленые и яркие! -- Тася удивленно смотрела на себя, то приближая лицо к зеркалу, то удаляя. Искорки, будто радуясь ее вниманию, засветились, замерцали еще ярче и радостнее, и вдруг неожиданно погасли.

На Тасю опять смотрела девушка с обычными серыми глазами.

-- Странно, -- подумала Тася -- Ну да ладно. Поживем, посмотрим, понаблюдаем. Она отвернулась от зеркала и подошла к высокому окну. За окном быстро темнело. Темнота не пугала девушку. Как ей хотелось туда, в сад, на волю! Душа тянула и звала, тихо шептала что-то о ночных росах и дивных светящихся растениях.

Стоило Тасе только подумать о нем, как она погрузилась в недавние воспоминания. Как же бережно он ее нес, прижимая к себе, защищая, казалось, от всего мира, от всех бед и несчастий. Она опять почувствовала его терпкий приятный запах мускуса и вербены. Такой чувственный мужской запах… Сердце девушки забилось с сумасшедшей частотой.

Она стояла у окна, вглядываясь в темноту, в которой то тут, то там вспыхивал белый мягкий свет клерий.

Неожиданно девушка обратила внимание, что была определенная последовательность в этой смене света. Как будто кто-то невидимый то зажигал, то гасил белые фонарики. И эта смена сопровождала бродящего существа вспышками мягкого белого света. -- У нас в коридоре так, -- вспомнила Тася. -- Заходишь, темно. Только ступишь на плитку, начинает гореть. Экономия электричества. Похоже, не только мне не спится,-- подумала девушка.

А что же остальные домочадцы? Оставим на время нашу Тасю и мятущегося лорда, и вернемся к ним.

За столом, накрытым на двоих, чинно сидели маленькая леди Самонет и леди Макони. Девочка, одетая в розовое платьице длиной до середины икры, с аппетитом ела рагу из овощей с пленерским сыром, запивая шипучим напитком из ягод березника.

Леди Макони не отставала от своей воспитанницы, налегая на салат из мелких ракообразных и моллюсков, сбрызнутых соком лайма.

Сети Лована с удовольствием глядела на обоих.

-- Ишь, проголодались как. Прямо за ушами пищит,-- думала пожилая женщина.

Она готовила отменно, и очень ценила, когда от ее блюд мало что оставалось к концу трапезы.

Этим вечером, так отличающимся от привычных, никому не хотелось долго сидеть за столом. И леди Макони, и Самонет встали из-за стола почти одновременно. Девочка учтиво поблагодарила и под присмотром воспитательницы покинула столовую.