Жена для Главы Ковена

Она тяжело опустилась на диван. Лована давно запретила себе эти воспоминания, которые жгли огнем и разрывали сердце. Прошло пятнадцать лет. -- Целый пятнадцать лет! -- ужаснулась сети Лована. Сердце закололо. Она прижала руки к груди и зарыдала в голос.

Пятнадцать лет с тех пор, как веселый рыжий мальчишка пропал. Когда после игры с друзьями он не вернулся домой, Лована сначала удивилась, потом разозлилась, а потом в ее сердце закралась тревога.

Лакко всегда был послушным мальчиком, отрадой ее одиноких дней. Улыбчивый, милый ребенок.

Все вокруг его любили, и даже незнакомые люди сразу чувствовали расположение к нему, только раз увидев.

Никто, никто на свете не мог бы причинить ему зла!

Тогда на ужин Лована приготовила любимое блюдо сына -- пирожки с запеченным паштетом из лесных грибов и орехов. Простое, сытное, вкусное.

Пирожки лежали на блюде, только что вытащенные из печи. Они были такие румяные, как щечки ее мальчика. Вкусный парок поднимался над блюдом и манил скорее взять пирожок в рот.

-- Где же мальчик мой, где?! -- сердце матери билось, предчувствуя беду.

Лована не смогла больше оставаться на месте и ждать. Она накрыла блюдо прозрачной крышкой, сохраняющей тепло и свежесть приготовленной еды. Накинула на темные волнистые, еще без всяких признаков седины волосы, легкую шаль и быстрым шагом, почти бегом вышла из дома.

Она знала, где обычно играли дети. Уединенная поляна, за последним рядом домов, совсем рядом с лесом. Хорошее место. Только сейчас там было пусто и тихо. Истоптанная детскими ногами трава будто отряхивалась от приставшей земли, выпрямляясь и покачиваясь на ветру.

Лована обегала всех друзей Лакко. Всех тех детей, с которыми он обычно играл. Все мальчишки были дома, уминая ужин. И никто, никто из них не помог ей. Да, они играли с Лакко сегодня. Ничего необычного, как каждый день. Все разошлись уже с час назад. Домой, конечно. Лакко? И Лакко пошел. Наверное. Разбежались по домам, и все тут.

Лована вернулась на поляну. Обошла ее кругом. Трава уже выпрямилась, и ничто не напоминало о том, что здесь играли и валяли друг друга мальчишки.

Она почернела вся, опустилась в густую зелень, и сидела так до самых сумерек. Страшная тяжесть поселилась в груди. Слез не было.

Когда настали сумерки, Лована поднялась и двигаясь как деревянная, зашагала в сторону дома. Временами ее заносило. Временами она не видела, куда шла.

Темнота наступила мгновенно. Так как это бывает здесь, в этой части Лотании. Темнота была безопасна.