Тень дракона. Хозяйка

Не отдавая себе отчета в том, что делаю, встал на одно колено и, обдирая кожу, вонзил пальцы в каменистую почву.

— Дракон Прародитель и его Тень, помогите, заклинаю! — я направил всю магию, что во мне теплилась, в землю, пытаясь разбудить душу Предела.

Я не знал, как еще я могу ей помочь…

Земля, точно оголодавший младенец отбирала мою силу. Я не смог бы выдернуть пальцы, даже если бы захотел, словно на них проросли корни. Уже теряя сознание, ощутил, что-то вроде благодарного отклика. А цепи больше не источали отчаянье, скорее облегчение.

Ничего еще не закончилось, но я сделал все, на что был сейчас способен, и тут земля меня отпустила. Потеряв опору, я стал заваливаться и провалился в черноту.

Не знаю, сколько времени я провалялся в беспамятстве, но очнулся от прикосновения холодного клинка к горлу…

 

Василина Вьюга, Тень Дракона.

Предел Дракендорт, Замок Дорт-холл.

 

Оказавшись в замке, позволила Айсане увести себя в покои. Пока я, выбивая дробь зубами, стаскивала промокшую одежду и куталась в сухое полотенце, она наполнила ванну горячей водой.

— Ася, почему морская вода такая холодная? Лето ведь!

— Море у нас и не бывает теплым, разве что в заводях, где помельче. Говорят, в Солияре оно круглый год как парное молоко, а к нам течение с севера от берегов Кирфаронга несет лед. Готово. Иди грейся, — Ася помогла мне забраться.

— Понятно.

— Я сейчас отвар принесу, — Айсана вышла, притворив за собой двери ванной.

Вот же ирония! За стенами природный катаклизм, а у меня горячая вода в замковой башне, думала я, со стоном блаженства погружаясь в горячую воду с шапкой крепкой ароматной пены.

Пахло немного резко — травами, но на душе разом стало намного спокойнее. Внутри меня зрела твердая уверенность, что в замке пока безопасно. Не знаю, почему, но я точно это знала. Не может этот мир так быстро разрушиться. Не сейчас. Я еще должна вернуться к дочери.

— Лина, я принесла отвар с живцом и медом. Выпей, чтобы хворь не прилипла, — вернувшаяся Айсана, протянула мне парующую чашку, завернутую в чистую тряпицу, чтобы не обжечься.

 

— Спасибо, — едва ворочая языком пробормотала я.

Встретившись с ее участливым взглядом, испытала укол совести. А они тут как останутся? На погибель?

На душе стало нехорошо. Не могу же я вот так бросить людей. А, впрочем, я еще не придумала, как вернуться, так что пока мы в одной лодке.

— Ася, как там твой брат и Пиран? Их бы тоже согреть… 

— Девушки хлопочут. Для них уже натопили баню.