Земное чудо (ред. 2022 г.)

Была ли она свободна или принадлежала кому-то, любила ли тот мир или ненависть толкнула её в стазис-поле, я не мог узнать, потому что даже теперь не видел ничего кроме её зарёванных красных глаз, подрагивающих от рыданий плеч и острых коленок, торчавших из-под шкур. Сообщение смотрителя ничего не поменяло для меня, моя дурочка осталось всё той же, и только понимание, что Воу не стал бы подобным шутить, останавливало волну моего возмущения.

«Это она, богиня Родины-1, и она ничего не помнит о своём пребывании в стазис-поле.

Её перемещение и шок спутали всё в её голове, и она вряд ли способна сейчас реально воспринимать происходящее. Даже я не могу дозваться её, так чтобы не навредить»

Сошла с ума?!

«Нет! Не безумна» – тут же возмутился Воу, то ли догадавшись о чём я подумал, то ли услышав, воспользовавшись моим шоковым состоянием и отсутствием защиты. «Ей просто потребуется время, чтобы принять «сегодня». Для неё не существует настоящего».

«Сегодня»? Настоящее…

Не принимает. Не понимает.

Конечно, поэтому для неё форкоши – звери. Значит, их и правда тогда ещё не было. Для неё их не было… А я?.. Меня не было, но сейчас я есть, и она не может это игнорировать. Я есть…

Я с сожалением посмотрел на её руку, на которой краснел след, оставленный мной. Не рассчитал силу. Нож в моей руке будто бы сразу стал жечь руку.

Выходит, она даже не понимает где находится и что вокруг происходит, а мы тут вокруг неё крутимся, пытаемся всё решить, чего-то ожидаем? Как глупо и как странно.

Тут и не так заплачешь или испугаешься.

– Так помоги ей! Ты ведь смотритель!

Этот крик вырвался из меня буквально сам собой и шёл откуда-то не из горла, а будто из самого сердца. Я искренне не понимал почему он до сих пор просто болтает со мной вместо того, чтобы всё исправить, наладить в её голове. Так ведь правильнее. Так будет лучше. Тогда, может быть, она перестанет плакать.

«Не могу», – понуро опустив окровавленную морду, признался форкош, да так, что горечь насытила меня от и до.

«Прямо сейчас не могу. Мы боимся ей навредить».

«Мы?..» – поморщившись, мысленно переспросил я.

От этого его «мы» мне как-то сразу стало не по себе. Я знаю, что означает обычно это непрошибаемое, непоколебимое «мы». Такое «мы» и превращает всех остальных в детальки системы, такое «мы» ломает их, а затем чуть подшлифовав вставляет в другую часть той же системы, но попроще и поплоше, чтобы если подведёт, ничего не нарушилось.

«Решаю не я один».