Земное чудо (ред. 2022 г.)

Но тебе не стоит гордиться этим, потому что ощущение безопасности, которое ты вселяешь в неё, мнимое, оно основано лишь на вашей внешней схожести и больше ни на чём. Когда же она поймёт, как низко пали люди в своей бездуховности, она отвернётся от вас».

«О какой бездуховности ты толкуешь? Хотел бы видеть людей на коленях перед картинками и в святой вере на спасение. Этого не будет!» – заявил ему я.

Я был так возмущён, что моя мысль летела вперёд, не желая притормаживать ради озвучивания.

Мне стало совершенно всё равно, скажу я что-то лишнее или нет, так задел меня форкош за живое.

Он думает, что может стать ей ближе? Что женщина из прошлого, осознав, как изменился мир, скорее примет их, чем меня? Пускай она Дева вечности, но я был с нею все эти дни, мы не так уж и сильно отличаемся. Бог не причём здесь. Если я готов принять её неидеальность, то почему её должно взволновать моё нежелание молиться неизвестно кому.

«Знаю. Вы отказались от веры в богов, любовь, отвагу и дружбу.

Вы разложили всё по стопкам «правильно» и «неправильно», но, лишённые совести, перестали осознавать, почему тот или иной поступок на самом деле плох или хорош. Потому-то ваши женщины и сходят с ума: они потеряли свою суть, своё предназначение. Боясь реальности, заслоняясь от неё своими усовершенствованиями жизни, вы сами разрушаете себя».

«А она, думаешь, другая?».

Другая. Я знал, что это так, но всё равно упорствовал. Всё было бы куда легче, если бы она оказалась диверсанткой.

Я бы что-нибудь придумал. Я бы смог.

Но для чего? Зачем? Кажется, я совершенно запутался в своих желаниях. Гнев обуял меня, а форкош, будто бы не чувствуя этого, всё подливал масла в огонь, пока не коснулся опасной темы, которая однако в один миг охладила меня.

«Да. Она другая. Не важно, какой она кажется сейчас и что движет ею, когда она примет своё прошлое и настоящее, ты осознаешь, что именно другая, что она как мы, а твоя вера в Федерацию вновь пошатнётся».

Ты знал, да? Ты всегда об этом догадывался. Ты прав, я уже сломан, во мне нет прежней веры. Но и ваша жизнь – это слишком. У вас иная несвобода, но где мне взять веру, что ваша правда правильнее их?

«Я должен уйти» – помедлив, сообщил Воу, лишь мельком глянув в сторону своей богини, наверняка чтобы лишний раз её не напугать. Иссяк и его воинственный запал. «Не хочу мучить её дольше. Вернусь завтра».