Земное чудо (ред. 2022 г.)

Сколько тысяч лет оно ждало? Где был пусковой механизм?

Но смогли ли они понять смысл этих посланий было сейчас делом десятым, куда важнее поиски Девы вечности. Это для форкоша. А для меня – нет. Меня занимало теперь одно – почему он теперь так открыто мне об этом говорит? Не предвещает ли это прощания?

«В Совете была паника, мы не могли понять, что случилось с Девой вечности. Аппаратура засекла миг её перемещения, но определить конечную точку оказалось трудно. Стазис-поле не терпит техники, искажает данные, выводит из строя.

Мы так заняты были всем этим, что не сразу обратили своё внимание на появление Девы вечности здесь, потому что чуть раньше уже случалось вторжение общих на территории других рекреационных центров. С одной разницей, там они не смогли проникнуть далеко».

Было? Когда? Я ничего о таком не знал. Мне не сообщали или форкоши не делали официальных заявлений?

«Но как бы ни мучились мы, как бы ни переживали, всё самое ужасное выпало на долю Девы вечности».

Что-то в груди у меня внезапно сжалось.

Может, это сердце? Что-то слишком часто я стал чувствовать его, будто бы древнее колдовство какое-то, превращающее меня в форкоша. Так и хочется обвинить во всём здешнюю древнюю магию, о которой часто читал. Не в этом ли сокрытая сила Земли и её обитателей?

Задумавшись, или скорее поддавшись влиянию момента, я не сразу заметил лёгкую отстранённость моего собеседника, чьи глаза теперь изучали снег у подножья соседних елей.

«Завтра снова приду», – вдруг решительно сказал он, решив уйти.

– Играть? – смаргивая удивление, уточнил я.

Форкош ничего не ответил, одним взглядом давая понять, что не понимает к чему это я. Признаться, что мне просто не нравится однообразно коротать с ним так дни и вечера, имея возможность общаться с глупышкой, представительницей исчезнувшей цивилизации, я не мог, особенно теперь, после откровенности Воу. Мне следовало чем-то ответить, одновременно сумев помочь и Глупышке, не всё же её зверьком тоскливо на нас пялиться из угла. В этом была суть недовольства, и я как можно корректнее попытался донести её до смотрителя:

– Это развлекает нас с тобой, но не её.

Я заметил, что ей тяжело даётся отсутствие занятий, скучает. Она сама затеяла уборку в избе, полы мыла, посуду с удовольствием моет.

«Я понял», – поразмыслив с секунду, отозвался форкош. «Спасибо за помощь. До завтра».

Глава 34

Когда форкош покинул меня, я тоже повернул к дому: желание прогуляться отпало само собой и возвращаться не собиралось.