Сумеречные души

Даже поругались с ними из-за меня. — Глаза предательски защипало. — Обещали навестить меня летом и говорили, что потом вместе поедем по стране. А теперь…

Я, поддаваясь порыву, рассказала ему все, что было у меня на душе. Обида, горечь, страх одиночества — все это завладело мной. Райан молча слушал, не прерывая. А потом он, пару раз проведя рукой по моей голове, прижал ее к своему плечу. И я в конце концов разрыдалась. Долго, с надрывом, как пятилетний ребенок, у которого отобрали самое ценное. Даже не заметила, как мы опустились на землю, как рядом оказался Арестей.

Плакала долго, но потом все же стало легче. Райан ненавязчиво обнимал, согревая теплом своего тела, а Ар, пришедший позже, молчаливо ждал рядом, пока я успокоюсь. Не знаю, сколько мы так просидели.

— Не замерзла? — спросил маг, едва я отстранилась от плеча некроманта и выпрямилась.

— Есть немного.

— Тогда, может, пойдем?

— Угу.

Произошедшее мы после не обсуждали. Я старалась больше времени проводить в компании людей, чтобы не погружаться в печальные мысли, а если оставалась в одиночестве, то отвлекала себя чтением.

Ответное письмо матери смогла написать лишь спустя неделю. Долго не могла подобрать нужных слов, чтобы рассказать об идее, застрявшей в моей голове в одну из ночей. Она казалась безумной, но вполне логичной после произошедшего. Следуя ей, стала больше тратить времени на тренировки, выкладываться на полную. Даже преподаватели начали замечать успехи.

В тот день, когда отправила письмо домой, решила действовать. Собрала сумку с вещами на первое время, затолкав туда немного еды, которую предварительно утащила с кухни, перечитала еще раз письмо для друзей и, захватив клинки, покинула свою комнату.

Первым делом необходимо было оставить заявление на отчисление господину Предстону. Отдать лично в руки не рискнула, а вот подсунуть под дверь… Все равно другого выхода, кроме как отчислить, не будет, если ученика на месте не найдется и на учебе он больше не объявится. Подобным образом я планировала сообщить и друзьям. Такой поступок выглядел максимально некрасивым, но уйти, совсем не попрощавшись, не могла.

— И что ты тут делаешь? — Раздался за спиной голос, и я едва не подпрыгнула.

Так тихо подкрасться может только мышь. Я как раз успела протолкнуть сложенный пополам лист под дверь директорского кабинета, как меня поймали с поличным.

— Напугал, — облегченно выдохнула, заметив за спиной Арестея. Он смотрел на меня так внимательно, без тени улыбки, что мне стало не по себе.