Сумеречные души

Сейчас я бы не смогла даже примерно определить сколько прошло часов или дней по человеческим меркам. Да и откуда знать, идут ли они вообще?

— Не знаю, что удивляет больше: твоя фантазия или настойчивость, — произнес мужчина, когда я в очередной раз обессиленно улеглась рядом с клеткой.

— А ты на моем месте не пытался бы?

— Пытался, но столько глупых идей в моей голове точно бы не нашлось.

— Зато гляди, какое развлечение для тебя! Ты-то вон сдался уже давно.

— У меня только один путь к свободе — разрушить клетку. — Зульфагар сразу же помрачнел.

— Ждешь, что она от времени станет хрупкой?

— Было бы неплохо, но не думаю, что твой приятель не предусмотрел это. Угораздило же связаться с вами.

— Я тоже не в восторге от встречи с тобой, — фыркнула я, садясь напротив него.

Мы встретились взглядами и почему-то замолчали. Было необычно осознавать, что за прошедшее время я свыклась не только с его присутствием, но и характером. Он был моим врагом, представлял опасность, но почему-то ненависти к нему я не испытывала.

«И всеми забытый себя обретет…» — в голове так некстати всплыли строчки из пророчества.

Зульфагар был странным. Его поведение было каким-то нестабильным — то в нем просыпается какое-то безумство, то настораживающая мягкость. Последовательно, шаг за шагом идя к своей цели, все же помогал специфическими советами, давал подсказки. Почему Зульфагар так непостоянен? На это повлияло долгое одиночество или он всегда был таким?

— Незадолго до моего исчезновения мы нашли пророчество про тебя.

— Уверен, что там одна чушь. — Мужчина скрестил ноги перед собой и откинулся назад, упираясь руками в землю. — И что же там написано?

— Человечество исчезнет, если ты выберешься на свободу.

— Я оказался прав. Чушь. — Он склонил голову чуть набок и, поймав мой взгляд, вкрадчиво спросил: — Не безрассудно ли подобное рассказывать тому, кто пытается тебя убить?

— Мы с тобой здесь заперты, и конца не предвидится. А выберись ты на свободу, то все равно узнал бы.

— И все же это глупо, — после долгой паузы, произнес собеседник. — Раскрывать планы врагу. Как ты еще жива?

— Давай не об этом. — Я устроилась поудобнее, подтягивая колени ближе. Конечно, весьма опрометчивым было рассказывать ему данную информацию, но мне важно узнать другое. — Если это чушь, то почему тебя так боятся? Тебя сравнивают с морваном, приписывают уничтожение человеческого рода…

— Потому что трусы, — раздраженно перебил меня Зульфагар, сверкая глазами.