Сумеречные души

Некоторые из них сражались с Тароссом и, возможно, что-нибудь знают о тех заклинаниях, — подвел итог Райан.

Намеченный план действий был понятен всем. Теперь нужно было только его реализовать.

Глава 6

— Папочка, ты обещал мне еще купить краски для рисования, — указывая в сторону художественной лавки, звонко произнесла Амелия. — У меня закончились зеленый и красный.

— Может, в другой раз? — с надеждой в голосе спросил у дочери Арестей, выглядывая из-за объемных свертков в руках. — У меня всего лишь две руки.

— О, еще и кисти новые хочу, — между делом добавила девчушка. Она оглядела загруженного родителя с ног до головы и фыркнула. — Отдай что-нибудь Мурро. Он все равно ничем не занят.

— Уже, — сразу отозвался малец, вставая рядом с наставником. Его руки тоже были полны всякой всячины, пусть и не так сильно. — Сама не хочешь что-нибудь взять, а?

— Ладно, кисточки понесу я, — ответила собеседница и устремилась в приветливо распахнутые двери лавки.

— Надо было с ней отправить нянечку, — устало произнес Арестей, послушно отправляясь за ребенком следом.

— Да ладно тебе, Ар. Просто ей хочется внимания. Как мы приехали с Райаном, ты все время пропадаешь с нами. Дочка и так тебя редко видит. — Я шла рядом, легко лавируя между людьми. — Да и нужно хоть немного развеяться.

— Райан хотя бы занят делом, — буркнул мужчина в ответ. — Зачем она еще и Мурро потащила непонятно.

— А мне как раз все ясно. — Я бросила взгляд на кучи приобретенного. — Золи дала ей список продуктов, с которым мы закончили только что.

— Папа! — Раздался недовольный голос из глубины лавочки, на пороге которой мы застряли, и Арестей, снова вздохнув, нырнул внутрь.

Снаружи остались лишь я и Мурро. Мы неловко потоптались у входа, безразлично разглядывая прохожих. Молчание начало почему-то угнетать, и я решила первой начать разговор.

— Ты подружился с Амелией? Вы почти ровесники.

— Я ей не нравлюсь, — после некоторой заминки ответил на мой вопрос мальчишка.

— Возможно, она просто ревнует тебя к Арестею. Сейчас он проводит времени с тобой больше, чем с ней.

— Но я же в этом не виноват! — с обидой воскликнул паренек. — Разговаривает со мной, когда ей что-то надо. Как сейчас.

— Тяжело тебе приходится, — согласилась я, — но, думаю, все наладится. Со временем Амелия успокоится, наверное.