Крылатая удача Мэррила

Лучше вообще по тропинке спускайся, а то мало ли…

Мэррил полной грудью вдохнул влажный морской воздух с запахом дождя и мокрой земли, и невольно ухмыльнулся. Очаровательное в своей запущенности местечко. Нет, стену восстанавливать не стоит. Она чертовски хороша в своих руинах — напоминает о неумолимости времени. А вот с дорожкой и ступенями надо что-то делать.

Он шел широкими шагами к морю, простиравшемуся до самого горизонта, и неожиданно наслаждался. Здесь не было суеты, шелеста крыльев, гула чужих голосов.

Здесь не нужно следить за словами, которые могут быть истолкованы превратно. И дышится легко.

Уже приближаясь к балюстраде, Джонатан понял, что его смущало все это время: девушка, темные волосы которой развевались на ветру, сидела в кресле. В инвалидном кресле самого современного вида: с большими колесами и электрическим приводом. Такие в Эйлеране совершенно точно не производили. Яркое пятно алого свитера с высоким воротом, толстый клетчатый плед — и безмятежное бледное лицо.

Девушка казалась мирно спящей. Ветер трепал ее волосы и пытался сдернуть покрывало, но Агата Шанатор (а кто ж еще?) не шевелилась.

На миг Джонатану показалось, что девушка умерла — ему же говорили, что она больна. Он ожидал увидеть ослабленную юную леди, томно возлежавшую на диване, но никак не инвалидное кресло. Наклонился над Агатой, вглядываясь в лицо, вздрогнул, когда распахнулись темные ресницы. Она не закричала, только вздрогнула. Плед все же соскользнул.

— Я заснула, — хрипло сказала Агата.

— Простите, тааннет Мэррил, что не могу поприветствовать вас как полагается. Обстоятельства не позволяют встать вам навстречу.

— Откуда вы знаете, кто я? — Джо беспардонно рассматривал девушку, похожую на хрупкий весенний цветок.

— Ваша мать много о вас говорила.

— А. Ясно. Отвезти вас в замок?

— Нет. Еще немного. Море такое красивое и такое равнодушное, вы не находите? Ему вообще нет дела до людей.

— Как и ветру, и времени, и самой природе, — согласился с ней Джонатан.

— У вас щеки белые. Вы замерзли. Я все же отвезу вас.

— А вы всегда командуете незнакомыми тааннет?

— Да, — кивнул он. — Всегда. Привыкайте.

Агата нахмурилась и поджала побелевшие губы, но больше ничего не возразила, когда мужчина поправил плед на ее коленях и взялся за ручки кресла.

Она и сама могла решать, когда ей возвращаться, благо, что кресло прекрасно управлялось. Ей не нужны ни помощники, ни няньки. Ну… нужны, пожалуй.